Библиотека

Религиозная память крестьянства в XX–XXI веках в селах Черноземья России стр. 94

Размер шрифта
-
+
Тема

и гармошки, у кого есть, это тоже редкость была, гармошка, девчонки застрадали. Пасху так отмечали» (Каст., М, 1932).

«Ходили все в церковь на Пасху. В нашу церковь, я, когда еще в школу ходила, мы ходили в церковь пасхи святить. Одна у нас тут рядом бабулька жила, я еще не замужем была, и она всегда нас соберет, говорит: “Ну, девки, пойдемте пасхи святить”. Я наберу, свою возьму и соседей тут… и на Танеево пешком ходили. Пойдем на ночь. Переночуем там у кого-то, утром подымаемся, светать начнет, в воскресенье как раз на Пасху, и идем пешком с этой бабулькой. Много наши деревенские ходили в церкву, в Касторное, в Танеево, святить пасхи. И вот оттуда идем мы, девчонки, нас много, тоже собирались все, и вот идем, они идут, Христос воскресе поют. А мы идем за ними, слушаем, по деревням идем, печки топют. Идем, приду домой, мать спешит, чтоб печку истопить, пироги вытащить, чтобы с пасхой пришли прям завтракать. Пироги вытащит, горячие, а я яйца крашеные, мы идем девчонки: ну, девки, сейчас придем, позавтракаем да спать. Иде, сейчас поели, платьишко новое какое, мать сошьет к Пасхе, она всегда нам шила, наденем и подадимся в мячик играть, и только за полночь спать. Топлёнки приготовит мать, пирогов напекут, куренка какого-нибудь зарежут, лапши намесят, из своей курятины сварят и сядем, поедим. Чашка такая большая, нас шестеро, да и двое взрослых – восемь душ. Чашка большая, сейчас для каждого тарелочку, а тогда из общей чашки ели. И наедимся» (Каст., М, 1931).

«Особенно в Пасху на кладбище ходим, яйца носим родителям, у меня там богато их, соседям яйца носим, конфеты носим. Я, допустим, разносю сам, кладу на могилки» (Ракит., М, 1932).

«Просто нас в церковь не пускали на Пасху учителя. Но яйца мы красили, пекли пасхи. Потом на первый день Пасхи разговлялись. Тогда не очень-то мы жили богато, чтобы можно было. Мясо в основном было, что еще в доме есть, яйца. Потом ходили в лес, когда ребятишками были, жарили, это сейчас шашлыки, а мы раньше жарили сало на костре» (Каст., Ж, 1957).

«Учителя нам не разрешали в церковь ходить. На Пасху, на всё. Не ходили. Мы стали ходить, уже когда взрослые стали» (Каст., Ж, 1958).

«Естественно, Пасха. Пацаном был, по деревне с крашеными яйцами бегали, стукались» (Ракит., М, 1961).

«Мама водила в церковь. Я помню… Но в основном, когда в ночь на Пасху, далеко, где-то спали у каких-то бабушек, потом утром, чтобы домой идти» (Каст., Ж, 1963).

«Все женщины собирались. Мы детьми были, за 15 километров ходили пешком в Касторное святить пасхи. Кто-нибудь нас подвезет, так мы такие радостные были, на КамАЗ залезем со сверточком – едем пасочку святить. Лет 15 было, и отпускала нас мама без разговоров. Собирались все девчонки около дома. Я, Танюха, Наташка, Юрка. Все ходили, гуртом соберемся – и пошли. Мамы нам сверточки, потому что мамам тоже нельзя было, потому что детей у всех по пять-шесть было. Некогда было расхаживаться. Нас тоже в семье шесть деток у мамы было. У нас только два… больше ума не хватило их содержать» (Каст., Ж, 1963).

«Так советская власть

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.