Рожденные в огне стр. 43
добавлен немалый процент. Впрочем, Вассерману было плевать – на одну только его долю с трофеев, взятых в последнем рейде, он мог ни в чем не нуждаться хоть десять жизней.
Камова тоже взяла меню, дабы последовать примеру командира, но едва не впала в ступор. Нет, ее смутили не цены, в конце концов, она сейчас тоже не бедствовала. Призовые деньги у нее, конечно, не того уровня, как у Вассермана, но тоже вполне приличные. Да и платит, по русскому обычаю, мужчина. А вот тот факт, что названий половины блюд она даже не знала…
– Не возражаешь, если я сделаю заказ? – многоопытный профессор уловил и правильно интерпретировал ее замешательство.
– Д-да, если можно…
– Поразительно. Пулям не кланялась, а такой ерунды испугалась, – Вассерман щелкнул пальцами. – Человек!
– Чего изволите-с?
Официант появился так бесшумно, что, казалось, он материализовался из воздуха и солнечного света. Вассерман одобрительно хмыкнул и начал делать заказ, а Евгения, пользуясь моментом, осмотрелась. Девушка, конечно, знала, что пришли они раньше, чем так пугающие профессора дамы, специально так подобрали момент, но все равно стоило поторопиться с оценкой диспозиции. Мало ли что…
Заказ доставили со скоростью практически нереальной. Что-то совершенно незнакомое, но притом невиданно вкусное. Евгении оставалось лишь вздохнуть – наконец-то она поняла, чем настоящий ресторан отличается от забегаловок, в которых ей приходилось бывать раньше. И вместе с этим пришло осознание того, что бешеные цены в таких заведениях, в общем-то, вполне оправданы. За удовольствие надо платить.
– Скажи… Женя. Можно задать вопрос?
Это прозвучало настолько внезапно, что Камова едва не поперхнулась. На ее памяти, Вассерман задавал ей вопросы только на экзамене, и разрешения почему-то не требовал. Впрочем, он ее и на подобное лицедейство никогда прежде не убалтывал, а вот гляди ж ты. Пока к Уралу возвращались, двух вечеров не пожалел – и уговорил. Даже интересно, чего он хочет спросить.
– Ну так задавайте.
Вассерсан кивнул, словно и не ожидал другого ответа. Аккуратно промокнул уголки рта салфеткой, откинулся на стуле и с неподдельным интересом посмотрел на бывшую ученицу:
– Слушай, я вот не могу понять. Ты умная, красивая… Я не слишком хорошо помню тебя студенткой, но это значит лишь, что училась ты хорошо. Запоминаем-то, как правило, худших, тех, кто доставил максимум проблем. Так чего тебя понесло в армию? Неужели не могла найти более подходящую для женщины профессию?
– А вы что, против?
– Честно? – усмехнулся Вассерман. – Да, против. Я бы вас, женщин, на парсек к погонам не подпускал.
– Шовинист, – Евгения чуть нервно рассмеялась.
– Все проще. Так распорядилась природа. Мужчина – воин и добытчик, женщина – дети и очаг. И организмы соответственно разные. В чем-то женский организм даже эффективнее мужского, но физическая сила и особенности…
– Говорите так, будто знаете истину в последней инстанции. А, между прочим, кто у нас сейчас национальная героиня?
– Нет правил без исключений, – наставительно поднял палец Вассерман. – И потом, она – особый случай…
– Ага, особый. Вначале удачную идею подкинула…
– Что тоже надо уметь, – хмыкнул Вассерман, не без удовольствия наблюдая за стремительно распаляющейся собеседницей.
– А потом вовремя нашла, с кем грамотно переспать, – безжалостно завершила Евгения. – А ваш адмирал, может, и гений тактики, но в женской стратегии телок телком. Не зря им жены крутили, как