Библиотека

Рука Оберона стр. 114

Размер шрифта
-
+
Тема

этой высотки тоже ничего себе вид открывается, — сказал я, заметив подзорную трубу у Бенедикта на поясе и сообразив, что стоим мы на широком уступе скалы, с которого Эрик распоряжался битвой в день своей смерти и моего возвращения. Я отодвинулся, чтобы взглянуть на темную просеку через Гарнат, тянущуюся к горизонту далеко вниз.

— Да, — сказал Бенедикт. — Черная дорога, похоже, стабилизировала свои границы почти на всем протяжении.

Но на некоторых участках она по-прежнему расширяется. Как если бы она приближалась к некоторому… образу… Теперь скажи, откуда это вы прибыли?

— Прошлую ночь я провел в Тир-на Ног’т, — сказал я, — а этим утром, переваливая через Колвир, мы заблудились.

— Это не так просто сделать, — сказал Бенедикт. — Потеряться на собственной горе. Все время держи на восток и — все, ты же знаешь. Это то направление, откуда солнце, как известно, начинает свой путь.

Я почувствовал, что лицо у меня зарделось.

— Был несчастный случай, — сказал я, глядя в сторону. — Мы потеряли лошадь.

— Что за несчастный случай?

— Серьезный… для лошади.

— Бенедикт, — сказал Рэндом, вдруг поднимая взгляд от — как я сообразил — разорванного Козыря, — что ты можешь рассказать мне о моем сыне Мартине?

Прежде чем заговорить, пару мгновений Бенедикт изучал его. Затем:

— Откуда такой внезапный интерес? — спросил он.

— Просто у меня есть основания полагать, что он может быть мертв, — сказал Рэндом. — Если это так, я хочу отомстить. Если не так… ну, даже мысль о том, что он мог умереть, приводит меня в некоторое сумасшествие. Если Мартин все еще жив, мне хотелось бы встретиться с ним и поговорить.

— Что привело тебя к мысли о его возможной смерти?

Рэндом глянул на меня. Я кивнул.

— Начни с завтрака, — сказал я.

— Пока он занят рассказом, я сооружу нам ленч, — сказал Ганелон, роясь в одной из сумок.

А Рэндом начал:

— Единорог указала нам путь…

III

1715000018_6638d2d253494.webp

Мы сидели в молчании. Рэндом закончил рассказ, а Бенедикт разглядывал небо над Гарнатом. Лицо его ничего не выражало. Я давным-давно научился уважать его молчание.

Наконец Бенедикт кивнул, один раз, резко, и, повернувшись, взглянул на Рэндома.

— Я давно подозревал нечто подобное, — объявил он, — из того, на что годами намекали Папа с Дваркином. У меня складывалось такое впечатление, что существовал изначальный Образ, который они то ли нашли, то ли создали, а наш Янтарь стал лишь его тенью, примерно равной ему по силе. Но я так и не добился никаких указаний, как можно добраться до изначального Образа.

Бенедикт кивнул на Гарнат.

— Говоришь, это соответствует тому, что было свершено там?

— Похоже, — отозвался Рэндом.

— …И вызвано пролитой кровью Мартина?

— Я так полагаю.

Бенедикт поднял Козырь, который Рэндом передал ему при пересказе событий. На этот раз Бенедикт никак не откомментировал его слова.

— Да, — сказал он наконец, — это Мартин. Он приходил ко мне, как только оставил Ратн-Я. И долгое время оставался со мной.

— Почему он пошел к тебе? — спросил Рэндом.

Бенедикт слабо улыбнулся.

— Понимаешь, ему надо было куда-то идти, — сказал он. — Его тошнило от его положения в Ратн-Я, равно как и в Янтаре; он был молод, свободен и только что обрел силу, пройдя через Образ. Он хотел убраться подальше, посмотреть на мир, попутешествовать в Тени — как

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.