Рука Оберона стр. 148
разливая вино, он заметил:
— В ответ на гостеприимство вашей палатки той ночью в Авалоне.
Бенедикт взял свой бокал всего лишь с легчайшим звяком.
— В этой палатке спокойствия больше, — сказал он. — Не так ли, Корвин?
Я кивнул и поднял бокал.
— За это спокойствие. Да пребудет оно вечно.
— Впервые за долгое время у меня появилась возможность, — сказал Бенедикт, — поговорить с Рэндомом поподробнее. Он несколько изменился.
— Да, — согласился я.
— Я сейчас более склонен доверять ему, чем в минувшие дни. У нас было время поговорить, когда мы покинули Текис.
— Куда вы направились?
— По кое-каким словам, оброненным Мартином хозяину дома, выходило, что он собирался в один из краев, который, как я знаю, лежит далеко в Тени, — районный городок Хират. Мы пропутешествовали туда, и оказалось, что так оно и было. Мартин проходил тем путем.
— Я не знаком с Хиратом, — сказал я.
— Город из необожженного кирпича и камня — торговый центр на пересечении нескольких караванных путей. Там Рэндом узнал новости, которые повели его на восток и, вероятно, еще глубже в Тень. В Хирате мы расстались, ибо мне не хотелось слишком надолго удаляться от Янтаря. К тому же возникло личное дело, которое я стремился расследовать. Он сказал, что видел Дару, проходящую по Образу в день битвы.
— Это верно, — сказал я. — Она сделала это. Я тоже был там.
Бенедикт кивнул.
— Как я сказал, Рэндом произвел на меня впечатление. Я склонен поверить, что он говорит правду.
Если это так, то и ты, вероятно, говорил правду. Допустив это, я должен был расследовать дело об угрозах от девушки. Тебя в Янтаре не было, так что я пошел к Ганелону — это было несколько дней назад — и добился того, чтобы он рассказал мне все, что знал о Даре.
Я глянул на Ганелона, который слегка склонил голову.
— Итак, ты теперь веришь, что у тебя есть новый неизвестный родственник, — сказал я, — и родственник опасный, будь уверен, и вполне вероятный враг… но — родственник, как бы то ни было. Твой следующий ход?
Бенедикт отхлебнул вина.
— Мне бы хотелось верить в родственные отношения, — сказал он. — Это меня даже радует. Так что мне хотелось бы подтвердить это или получить надежное опровержение. Если окажется, что мы в самом деле родственники, тогда каковы мотивы ее действий? И почему она никогда не извещала о своем существовании меня напрямую? — Брат отставил бокал, поднял свою новую руку и согнул пальцы. — Итак, мне хотелось бы начать, — продолжил Бенедикт, — с того, что же ты узнал в Тир-на Ног’т обо мне и Даре. Меня также крайне заинтересовала эта рука, которая ведет себя так, будто создана для меня. Никогда раньше я не слышал о материальных предметах, обретенных в городе на небесах. — Он сжал кулак, разжал, покачал сустав в запястье, вытянул руку, поднял, тихо опустил на колено. — Рэндом недурно проявил себя в области хирургии, как по-твоему?
— Весьма, — согласился я.
— Итак, ты расскажешь мне что-нибудь?
Я кивнул и сделал глоток вина.
— Случилось все во дворце в небесах, — сказал я. — Здание было наполнено чернильными, смещающимися тенями. Я ощущал необходимость посетить тронный зал. Что и сделал, а когда тени разомкнулись, то увидел тебя стоящим позади трона, вооруженного этой рукой.