Библиотека

Русские на Ривьере стр. 430

Размер шрифта
-
+
Тема
проститутки Европы и люди, которые хотят показать свою принадлежность к кино. И все вмеcте сидят в открытом кафе перед «Карлтоном», куда может зайти любой посетитель и увидеть за столиком Аль Пачино или Клода Лелюша, Джулию Робертс или Настасью Кински. А сейчас мы подъезжаем к знаменитому Дворцу фестивалей на набережной. Как видишь, это довольно убогое бетонное здание с простенками из голубого стекла. И вот та знаменитая лестница, по которой восходят звезды. Для фанатов это безумное зрелище, они тут стоят толпой. На большой площадке между Дворцом фестивалей и морем разбивают шатры, которые кинофирмы абонируют для офисов, а дальше, у пирса, стоят роскошные яхты. Именно здесь, в шатрах и вокруг них, и происходит главная фестивальная тусовка, именно тут я снял как-то вашу голливудскую звезду, расскажу об этом как-нибудь после.А справа от этой киношной Мекки – огромная площадь с утрамбованным песком, на которой местные жители играют в шары. Причем играют всегда, им наплевать – фестиваль, не фестиваль, они здесь живут.Сейчас я покажу тебе Старый Канн, который напомнит тебе твой родной Баку, в районе Девичьей башни в Старом городе. На крутом спуске вьются старинные узенькие улочки, на них расположены маленькие очаровательные ресторанчики. Во время фестиваля тут все забито толпами киноманов, они заполняют все рестораны и кафе, попасть никуда нельзя. Но сегодня тут, конечно, пусто, можно поставить машину даже возле кафе и попить пивка… Идем. Garson, deux bear, s'il vous plait.– «Light» for me, – уточнил Тополь, садясь за столик. – Саша, мне нужно какое-то знакомство…– Наконец-то! Покажи, кого ты выбрал, мы сейчас…

– Да я не в этом смысле! Нужно какое-то клевое знакомство героев любовной истории. Представь себе, фильм начинается так. Волга, летняя ночь, речной дебаркадер, два вгиковца-студента снимают курсовую работу – речные туманы, проходы ночных барж и лесосплав, пустой и дремлющий у причала паром. И вдруг на дебаркадер спускается ватага местной шпаны. Под хмельком, с бутылками, с сигаретами. Они начинают задирать столичных пижонов с кинокамерой. «Дай закурить!», «Дай камеру подержать…» Вгиковцы камеру не дают, ситуация накаляется, драка кажется неизбежной. Но тут появляется местная девчонка с фибровым чемоданом в руках. Шпана переключается на нее, начинают приставать к ней, главарь компании лапает ее за коленки. Она бьет его по морде, вскакивает на

перила дебаркадера и начинает петь. Да так, что даже у шпаны варежки отпадают. Потом приходит паромщик, все садятся на паром, и она продолжает петь под восход солнца. Вгиковцы, обалдевшие от ее голоса, спохватываются, включают камеру, снимают этот восходящий над водой туман, паром и эту волжскую русалку, чей голос заполняет всю Волгу от берега до берега. А когда паром пристает к другому берегу, она, волоча свой чемодан, садится в автобус «Пристань-Вокзал», а вгиковцы садятся на пароход, чтобы продолжить съемки своего студенческого фильма «Течет Волга». Но еще долго один из них – Саша Голубев – не может забыть эту волжскую певицу и даже в Москве, во ВГИКе, все крутит и крутит на мавиоле этот утренний эпизод…

– Мсье, ваше пиво. – Гарсон поставил перед ними пивные кружки.– Мерси, – сказал Стефанович.– Thanks, – буркнул Тополь, отпил глоток и продолжил: – Прошло много лет… Нет, не так. Прошло три года. Саша Голубев, получив
Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.