Библиотека

Русский транзит стр. 16

Размер шрифта
-
+
Тема

после напряженных ночных будней, – да и знаю я их всех наперечет. А «заику» не знаю, первый раз вижу. И вижу не без удовольствия. Если заикание у нее – физический недостаток, то он единственный физический недостаток. В остальном – сплошь достоинства. Ах да, мы уже выяснили с ней, что дефект речи – следствие вечерней прохлады: свитерок-то белый с широким воротом легковат, и юбка в обтяжечку по моде, да… но не по погоде. Грейся, грейся, журавель.

Я провел ее к стойке, показал Юрке на пальцах: кофе и коньяку туда же и побольше. Он глазами выразил мне «Ого!» и понимающе сделал, мне кажется, не кофе с коньяком, а коньяк с кофе. Журавель чуть не поперхнулся, но героически сглотнул. Олежек подоспел тут как тут с канапе ассорти…

Она потихоньку оттаивала. Она, Саша…

– Я Саша. А вы? – поинтересовался я.

– И я… извините…

– Не за что! Так мы тезки! За что извиняться?!! Пр-ре- красное имя! Это я вам как Саша Саше скажу!.. Александра! Сандра! Сандра! Есть маленько!

Она, действительно, была типажа этой «звезды», которая звучала из динамиков, – мягкий музыкальный фон.

– Что – есть? – спохватилась тезка-Саша и завертела головой, кого-то выискивая в зале. – Арик… здесь?

– Юра! У нас есть Арик?

– Саша! У

нас Арика нет.

– Олежка! Арик не пробегал?

– Саша! Арик не пробегал.

Так мы подурачились, будучи «на кочерге», уже давно приняв свою норму. Но тезка-Саша не включилась в тон, поникла – волосы ее, как занавес, упали, лицо закрыли. И было у меня ощущение, что за этим тяжелым белокурым занавесом слезки закапали. Ощущения меня редко подводят. Я отвел пальцами «занавес» – точно! Так и есть.

Тезка-Сандра встряхнула головой, аккуратно, бесшумно шмыгнула носом и встала:

– Извините, пожалуйста… Я не смогу вам заплатить. Я думала, Арик здесь.

– За что заплатить? – прикинулся я. Кофе, коньяк, канапе. Подумаешь!

Олег тоже непонимающе дернул плечами. А Юрка (все- таки он свою норму сегодня перебрал!) заблажил в полный голос на весь бар:

– За все сполна уплочено!!!

Отличные ребята Юрка с Олегом. Юрка шумноват бывает, ну да кто из нас не шумноват, если вспомнить… хотя бы себя самого в той разборке с мажорным скотом, когда только Мезенцеву, директору нашему родимому, и удалось замять-загасить.

Да, тезка моя, Саша-Сандра, к «проститучьему миру» никакого касательства не имела. Те как начинают представляться, так непременно либо журналисткой, либо искусствоведом – и сразу ясно, кто есть кто. В смысле ясно, что проститутки. Студентками ЛИАПа еще никто не назывался…

Папаня с маманей у тезки – в Киеве, «шишки» (вот оно, у нас с ней родство душ). Дочь решила поступать только в Питере – не удержишь. Да папа-мама не особенно и удерживали – Питер так Питер, все лучше, чем Киев, от Чернобыля подальше. Им-то уже с места насиженного не сняться, слишком многое держит. А дочь – пускай. Папаня вместе с ней приехал, убедился в успехе на вступительных, сам ей квартиру снял – однокомнатную, пока на три года, две сотни в месяц. И осталась жить-поживать, ежемесячно еще по три сотни на жизнь телеграфными переводами получая. Так что не особенно я промахнулся, предположив ее иной образ жизни, далекий от

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.