Библиотека

Русский транзит стр. 706

Размер шрифта
-
+
Тема

вошел в кабину и, не поднимая головы, надавил на кнопку: 19. Еще в прошлый раз обратил внимание – в потолке лифта имеется глазок камеры слежения. По идее тот же консьерж неотрывно должен пялиться в монитор – ну как нападет кто-нибудь на кого- нибудь. Но при долгом дежурстве глаз замыливается. Да и я ни на кого нападать не собираюсь – во всяком случае не в лифте. Да и сел я на втором этаже – а психологии человеческой не прикажешь: отслеживается тот, кто мимо тебя прошел и погрузился в лифт на твоих глазах. Но если и пялился привратник в монитор, то увидеть он мог только нейтральный затылок – сутулый жилец съездил с этажа на этаж к друзьям-приятелям, в этом доме каждый дружит-приятельствует с каждым или знаком, по крайней мере. Среда обитания…

Какие-такие друзья-приятели и как встретят Боярова?

Девятнадцатый. Приехали. Коридор пуст. Никто не раскатывал на роликах, никто не вертел видеокамерой. Я все- таки пробежался беззвучно по всему коридору, исследовал тупички-закутки со стиральными автоматами на два квотера. Коридор пуст. Что ж… Хорошо!

Плохо другое. Плохо, что и квартирка фроляйн-мисс Галински пуста. Или жильцы квартирки 19-В изо всех сил создают впечатление – квартирка пуста. Никто не отзывался ни на звонок, ни на стук. Дверь хлипкая, одно название – дверь. Вероятно, здешние знаменитости полагают достаточной гарантией от вторжения наличие консьержа и камеры слежения в лифте.

Я вслушался. Опыта у меня достаточно для определения: внутри кто-то есть. Затаился?

Впрочем, если и затаился, то в первые две-три минуты, а потом направился в прихожую с шумом каторжника, тянущего за собой ядро на ноге.

– Ы-ы? – вопросительное междометие, жалобное и испуганное, сиплое…

Вах!.. Как сказал бы доктор Чантурия: вах! Ле-о-ова?! Перельмановскую голосовую скрипучку я опознаю из миллиона.

– Лев?!

– Саша! Это ты?! Я знаю, это ты! Наконец-то! Саша, выпусти меня отсюда!

Да-а-а, каким ветром, Левушка?! Хотя нечто в этом роде

я если не предполагал, то и не исключал. Вот, значит, где ты, унесенный ветром! Под каблуком у фроляйн-мисс. Под тем же каблуком, который раздавил пиццу в «запаснике».

Следовательно, таблоид Галински вне всяческих сомнений – человек Конторы.

Следовательно, уже тут, в коридоре правильно я сделал, прижавшись к стеночке, постаравшись НЕ БЫТЬ в дверном проеме. Ибо практика последних дней показала: Хельга выдает информацию только тогда, когда уверена в дальнейшем нераспространении. Зачем бы ей информировать Боярова о пребывании Перельмана в своей хате, вытолкнув Перельмана на передний край: «Голос, Перельман! Голос!». Не сомневаюсь, в хате у нее не только Лева и она сама. Бойцы наготове. Только и ждут, чтобы «жеребец и кретин» по своему обыкновению вышиб дверь. Или на худой конец попытался вышибить. Не дождетесь. Я снова внял Марси: «не делай ничего». Шаг вперед дорого мне же и обойдется.

Я присел на корточки, поближе к замку:

– Лев! Громче! Не слышно! И вообще! Открывай!

– Не могу, Саша! Ты пойми меня правильно! Са-аша, спаси меня! Они… они пытали! Они привязали! Тут железки, Саша! Я наполовину отвязался, но руки – никак.

Торопятся! Излишне торопятся бойцы невидимого фронта. Глупости допускают, белыми нитками шьют. Слишком долгая первоначальная тишина – второпях по-глухонемому совещались. Слишком громко гремел Лева «каторжным ядром», подползая

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.