Сафари на гиен стр. 96
осторожно вымолвила Надежда.
– Было дело, – согласилась Зинаида, – общались.
Надежда быстро просчитала в уме: нынче у нас год, то есть именно в тот год Сталина попала в больницу.
– В больнице ее навещали… – полувопросительно протянула Надежда, – что у нее было-то?
– Аппендицит, – живо ответила Зинаида. – Я теперь припоминаю, именно из-за больницы мы и подружились. Наши женщины меня очень просили ее навестить. А то, говорят, неудобно: человек в больнице лежит, а коллектив никак не реагирует. А никто идти не хотел, потому что Сталина со всеми была в натянутых отношениях. Я и пошла, потом навещала ее, она что-то долго с аппендицитом провалялась, осложнения были.
– Что,
хирург напортачил? – с замиранием сердца спросила Надежда.
Если Зинаида сейчас скажет, что не помнит ничего про хирурга, то нужно срочно откланиваться и уходить, больше говорить не о чем. Но Зинаида Павловна не подвела.
– Что ты, хирург-то был замечательный! – оживилась она. – Это уж потом ей какую-то инфекцию занесли. А хирург мастер своего дела был, рука у него твердая. Хотя с виду и не скажешь, потому что росту он был невысокого, сам уже немолодой и как будто нездоровый какой-то.
– А в чем это выражалось? – слишком настойчиво спросила Надежда.
Зинаида удивленно на нее покосилась, но ответила:
– Как-то он головой все время поводил в сторону, как будто ему что-то мешает или шею трет. Тик, что ли, нервный у него был… но только не в операционной, там он полностью собирался и оперировал всегда удачно, мне сестрички рассказывали.
– Головой поводил… – задумчиво пробормотала Надежда, – у меня приятельница лежала в той же больнице года три назад, так тоже рассказывала про такого хирурга, ей щитовидку удаляли. Очень хвалила его, большой мастер, а с виду и не скажешь.
Надежда немного покривила душой, записав в приятельницы дворничиху Евдокию, но чего не скажешь для пользы дела?
– Как же фамилия-то его… – тянула Надежда, чтобы не дать Зинаиде вставить вопрос, почему это она, Надежда, вдруг так заинтересовалась событиями семилетней давности и болезнями покойной ныне Сталины Викентьевны.
– Как фамилия… – машинально задумалась Зинаида… что-то на «Т», не то Трефилов, не то Трешников… нет, не помню, да и зачем тебе?
– Действительно, о чем мы говорим? – со смехом согласилась Надежда. – Пойду я, с Новым годом вас, с наступающим!
– И тебя также!
Надежда полетела на свое рабочее место. Губы ее сами собой расплывались в улыбке. Здорово! Есть прямая связь с хирургом! Значит, верующая Майя видела в парадной человека с характерным нервным тиком, он поводил головой. И Зинаида Павловна без всякой подсказки с Надеждиной стороны вспомнила, что у хирурга, который оперировал Сталину, был такой же тик. Теперь, если узнать фамилию того хирурга и если эта фамилия совпадет хотя бы у двух убитых женщин, то можно этого человека арестовывать, а там уж полиция пускай разбирается, ищет доказательства и все такое прочее… Майю вызовут для опознания.
Сергей может ведь просто прийти к начальнику хирургического отделения в больнице Святого Георгия, описать того человека и спросить фамилию.
Надежда подняла трубку городского телефона, потом подумала немного и попросилась позвонить в кабинет к начальнику, благо он как раз выходил. Ни к чему разговаривать о таких деликатных вещах в комнате, набитой народом. Но ее предосторожности оказались излишни,