Самая главная тайна стр. 246
вставайте, искатели приключений, покажите, как вы сюда пробрались.
— Известно как, сверху, — отозвался Петька. — Через потолок.
— Не бреши, байстрюк! Сверху не то что такой щенок, как ты, а и воробей сюда не залетит. Ваши следы от воды ведут.
— Тогда чего спрашивать, — проворчал Петька. — Выследил, так не спрашивай.
— Молчать ты у меня будешь, гаденыш?! — рявкнул Герман Тарасович. — Поучился бы у своего приятеля, как со старшими разговаривать. Пионер, наверное? А если так, то пионеров учат вежливому обращению!
— А вы тоже обращайтесь с нами вежливо, — сказал Валька. — Не обзывайте. Мы вам ничего плохого не сделали.
— Ты так думаешь, партизанский сын? — снова усмехнулся кожаный шофер. — Я другого на этот счет мнения. Ну да ладно, что считаться. Где Магда, ты мне скажешь?
— Как я могу сказать, если не знаю.
— Не знаешь, значит?
— Не знаю.
— А кто одну вещицу из музея спер, тоже не знаешь?
— Не могу я знать все, что вам захочется.
— Так, так, молодой человек. Интересно получается, — насмешливо сказал Герман Тарасович. — Ты врешь да еще хочешь при этом, чтобы я разговаривал вежливо. Но если у меня сдадут нервы? Как я могу вежливо разговаривать, если нервы у меня в страшном напряжении?
— Но я же не виноват. — Валька пожал плечами.
Петька толкнул его локтем.
— Да брось ты с ним!.. Он знает, что это я кинжал выкрал, и нечего тут...
— Это другое дело, — удовлетворенно произнес Герман Тарасович. — Кинжал вернешь. Мне. Лично. Воровать — самое последнее дело. Пионеров, я думаю, не учат воровать. Или я несколько ошибаюсь? Что молчите? Где кинжал?
— А он вам больше не понадобится, — дерзко ответил Петька Птица.
— Вот, разговаривай с ним вежливо, — проворчал Герман Тарасович. — А ну, — прикрикнул он, — вставайте! По дороге поговорим. Но предупреждаю: не вздумайте бежать, худо будет!
— Бежать, бежать, — плаксиво повторил Петька, поднимаясь с пола. Он снова толкнул Вальку локтем. — Побежишь, пожалуй, в темноте. Раз выследили, так идемте...
Покорность вожака не удивила Вальку. К тому же и тайный толчок в бок подтвердил, что Петька Птица притворяется. Это была военная хитрость!
— Добре, добре, — обрадовался Герман Тарасович. — Мне от вас, хлопцы, ничего не надо, кроме одного: покажите тайный ход и, как говорится, на все четыре стороны.
— А вы нас точно отпустите?
Кожаный шофер засмеялся.
— Не бойся, не придушу, хотя тебя, внучонок старого пса, и следовало бы. Но я со школярами не воюю. А если вам в школе такие сказки рассказывали, то не верьте. Все брешут ваши учителя!
— С кем же вы воюете? — тихо спросил Валька.
Он думал, что Герман Тарасович не ответит, но ошибся.
— С врагами церкви христовой, — сказал тот. — Но тебе этого не понять, партизанский сын. Ты, я думаю, атеист, в бога не веруешь.
— У нас никто в бога не верует, — отозвался Валька.
— Святая наивность!
— Да брось ты, — еще раз толкнул Вальку Петька Птица. — Пора идти, а