«Сапер ошибается один раз». Войска переднего края стр. 90
было окончательное разминирование моста, после чего мне поступил другой приказ. Нужно было установить уже наши минные поля, вырыть траншею и с моими саперами занять оборону, то есть охранять минное поле и в случае атаки немцев не дать им возможности разминировать. Я сидел там с 26 марта до 2 апреля, когда с южной части подошли части 2-го Украинского фронта. Город был почти полностью освобожден. Мы снялись с этого участка фронта и пошли выполнять другие задачи.
— Если на вашем поле подрывался немецкий танк, его как-то засчитывали на ваш счет?
— Никто ничего не засчитывал. Первый танк на моем минном поле подорвался в марте 1944 года в местечке Фридриховка, это тоже в направлении Каменец-Подольского. 2-й Украинский фронт занимал Винницу, Проскуров и гнал немцев идеально с востока на запад. Так вот, нашу 4-ю танковую армию бросили с этого района наперерез отступающим немецким частям с тем, чтобы сделать «котел». Там шла железная дорога, которая на Львов идет, мы выскочили на станцию Фридриховка и заняли ее. Рядом с железной дорогой проходит шоссе, тоже ведущее на запад. Для немецкого отступления обе дороги были очень важны. На этом узле наша армия завязла в ожесточенных боях. Утром, на рассвете, нас атаковала большая колонна немецких «тигров» со стороны Романова Села, которая стремилась выбить нас из этой Фридриховки, выбить во что бы то ни стало. Командование нашего корпуса усилило оборону. За тот бой получил звание Героя Советского Союза наш Худяков. Он подбил танк из бронебойного ружья.
— В 1944 году танк подбил из ружья?! Но в 1944 году у них были модернизированные танки?
— Какое там! До конца войны били их. Так вот, здесь были очень сильные бои. Мне и моему взводу (я был еще командиром взвода) поставили задачу выдвинуться сюда и заминировать. Возле выставленного минного поля мои саперы и заняли оборону. Минное поле надо обязательно охранять — я поставил там 40 мин, вот эти
40 мин я и охраняю, и в случае чего воюю за него, чтобы немцы его не разминировали.
И вот что я придумал — это чисто моя выдумка была. Там был погреб, самый натуральный погреб в огороде, в 50 метрах от дороги, которую мы должны были заблокировать. Между погребом и дорогой был кювет, заросший бурьяном и чертополохом. Мы сняли с одного сарая доску метров 6 длиной, толстую половую доску, и на эту доску привязали четыре немецких противотанковых мины, полностью снаряженных, со взрывателями. На противоположной обочине дороги в качестве оси вращения забили здоровущий кол, немецким телефонным кабелем привязали к нему доску. К другому концу доски мы тоже привязали кабель, присыпали землей, замаскировали и протянули к погребу. И как только показались немецкие танки…
— В погребе вы кого-то оставили?
— Нет, сам остался с ординарцем, его звали Марчук Иван Сафонович. Сидим с ним в этом погребе, смотрим, когда покажутся танки. Передний танк пошел, мы его пропустили, он выскочил на минное поле и там взорвался на мине. Когда пошел следующий танк, мы как потянули с Сафонычем эту проволоку, кабель! Наша доска, как на шарнире, выехала на дорогу и заняла поперечное положение, прямо перед носом танка. Он наскочил на эту доску. Как хватанули четыре мины, как его шарахнуло,