Секс с учеными: Половое размножение и другие загадки биологии стр. 323
изначальное распределение мутаций должно быть каким-то способом сжато или обрезано – тогда секс сделает разброс более широким и тем самым окажется полезен. Именно так и работает гипотеза Кондрашова.
4
Надо признать, что «ландшафты приспособленности» обычно изображаются наоборот: эволюция стремится не в низины, а к вершинам и останавливается на ближайшем пике (даже если это далеко не Эверест), потому что с вершины куда ни шагни – приспособленность уменьшится, и отбор за это накажет. Тогда весь процесс эволюции выглядит как восхождение от более вероятных состояний к менее вероятным (или, согласно Докинзу, «восхождение на гору невероятности»). Но мне показалось, что аналогия с водой нагляднее. Все же вода, как и эволюция, течет сама, а для восхождения к вершинам надо прилагать сознательные усилия – такого эволюция не может.
5
Насчет мечехвостов надо оговориться: по мнению палеонтологов, они очень даже меняются, просто надо быть палеонтологом, чтобы расценивать эти перемены как существенные. За деталями отсылаю к книге Андрея Журавлева «Похождения видов».
6
Из этого упрощенного пересказа может сложиться впечатление, будто вся проблема «двойной цены» сводится к тому, что самцы не умеют метать икру и откладывать яйца. Основу недоразумения заложил сам Мейнард Смит, когда использовал выражение «двойная цена самцов». Однако бесполезность самцов – излечимый недуг: надо просто, чтобы наша сексуальная пара оплодотворяла друг друга симметричным образом и оба партнера приносили потомство. Именно так поступают очень многие живые существа вроде дождевых червей или садовых слизней. Более того, можно предположить, что именно так обстояли дела у тех древних созданий, которые первыми вздумали перемешать свои гены посредством секса (конечно же, самцы и самки появились в этой истории существенно позже). Увы, такой «экзогамный гермафродитизм» не снимает проблему: «двойную цену» придется платить всякому, у кого в процессе размножения аллельные гены расходятся к разным потомкам, потому что мутантный ген, который восстанет против подобной практики, перейдет ко всем потокам, а не к половине. Именно поэтому, чтобы избежать путаницы, сейчас чаще говорят не о «двойной цене самцов или секса», а о «двойной цене мейоза».
7
Супрессией называют мутацию, которая подавляет действие другой мутации. Сама первая мутация никуда не девается, но организм выглядит и ведет себя так, как будто никакой мутации не было.
8
В первоначальном варианте этой главы я рискнул объявить принцип Бейтмана едва ли не полной чепухой, не описывающей никакой реальной ситуации в природе, зато очень удобной для построения всевозможных идеологических наворотов – сексистских, феминистических или каких вам заблагорассудится. Научный редактор, отличающийся, вообще-то, сдержанностью и терпимостью, бескомпромиссно восстал против этого воззрения. Он справедливо заметил, что мое видение ситуации – тоже не более чем идеологический наворот, только на этот раз леволиберальный. На мой призыв «не упрощать» он заметил, что в биологии упрощение – часто единственный путь к пониманию. Разумеется, если принцип Бейтмана помогает отыскать путь к познанию устройства природы, такое упрощение имеет огромный смысл. «На самом деле все гораздо сложнее» – присказка недоучек, не способных применить свои маленькие серые клеточки для систематизации наблюдений, отбросить все поверхностное и сосредоточиться на поисках главного. Однако научная популяристика обращается не к ученым, а к широкой публике, и мой призыв «не упрощать» относится не к науке, а к выстраиванию читателем собственной картины мира для ежедневного употребления. Вот тут, мне кажется, упрощать не надо. Люди с упрощенной картиной мира принесли и приносят человечеству немало зла.
9
В этих расчетах, конечно, есть доля лукавства: по мере взросления самцы увеличивают свои шансы перейти в касту гаремообладателей, так что по итогам, вероятно, потомство оставляет значительно большая доля особей, чем 1/25. Кроме того, даже самые захудалые самцы могут рассчитывать на случайный секс и, как следствие, внебрачного морского слоненка.
10
Опять немного лукавства ради красного словца: для тех, кто внимательно читал главу о принципе Бейтмана, должно быть совершенно ясно, что такая ситуация вполне ожидаема для тех видов, у которых отцы вносят в потомство высокий родительский вклад. В человеческих культурах нередко украшают себя как мужчины, так и женщины: видимо, у нас родительский