Секс с учеными: Половое размножение и другие загадки биологии стр. 321
дальнейшего развития событий.
Немного жаль, что в реальности у нас есть всего одна Вселенная, по которой каждому всего лишь раз позволено прокатиться в один конец. Однако, раз уж так получилось, очень хочется успеть разобраться в устройстве этого мира. Что же в нем такого особенного, что только он реален, а все остальные выдуманы? И кстати, как мы вообще здесь оказались? При написании этой книги я искренне надеялся, что существуют люди, которые, как и я, этому по-дилетантски удивляются и как минимум готовы проследить за парой-тройкой сюжетных линий – конечно, не слишком заморачиваясь, чтобы остались силы и время на спин-офф «Человека-паука». Они и составляют целевую аудиторию книги.
Этот рассказ был построен вокруг секса – точнее, полового размножения. Такая тема по крайней мере избавляет автора от необходимости заманивать читателя обещаниями, что из всей большой и скучной науки для него отберут только самые интригующие сюжеты. У людей есть особые гормональные механизмы, определяющие интерес к сексу, и автору остается лишь понадеяться на их безотказную работу (а потом, конечно, не распугать читателей всякими нудными сложностями).
С другой стороны, неспроста генетик Грэм Белл назвал половое размножение «королевой проблем эволюционной биологии». Вокруг этой темы так или иначе крутилось все самое интересное, что произошло в биологической науке с начала ХХ века. В этой книге мы успели обсудить, как ученые попытались связать секс с мутационным процессом и в результате незаметно для себя создали целую область науки – популяционную генетику. Потом речь зашла о разделении на два пола, в котором ничего нельзя понять без теории игр (а эта теория и сама по себе очень занимательная штука). Перед нами прошли озаренные лучами славы герои научпопа – половые хромосомы, и на горизонте замаячили увлекательные, хотя и немного сложноватые сюжеты из молекулярной биологии. Затем мы перешли к мейозу, в связи с которым обсуждалась одна из самых волнующих интриг современной науки – происхождение сложной жизни на Земле. Этой частью я даже немного горжусь, потому что если о сексе в целом написано множество очень хороших книг, с которыми эта книжка соперничать даже не берется, то о мейозе мало где можно прочитать что-то по-настоящему научно-популярное. Наконец, было отдано должное роли секса в жизни общества, где опять же все уже написано до нас, но лишняя пара глав никому не повредит.
Величайшие биологи прошлого – Чарльз Дарвин, Август Вейсман, Рональд Фишер, Герман Мёллер, Джон Холдейн, Джон Мейнард Смит, Сьюэл Райт,
Эрнст Майр, Уильям Дональд Гамильтон и множество других – пытались разобраться в том, для чего живым существам нужно половое размножение, как оно возникло, какую пользу принесло и почему не исчезло. Получен ли ответ? Такой вопрос задал Джону Мейнарду Смиту замечательный популяризатор Мэтт Ридли и услышал от него: «Ответы есть, – мы просто не можем на них сойтись». При всем уважении к классику для нас, широкой публики, это значит, что с сексом по-прежнему все непонятно. К счастью, в 2023 году это непонятно уже совершенно по-другому, чем было непонятно в 1903-м или 1976-м. Пока всё с каждым днем становится только интереснее. Давайте наслаждаться моментом. А то ведь когда-нибудь все станет ясно, и тогда самыми увлекательными занятиями в мире окажутся футбольный тотализатор и просмотр кулинарных шоу. На сегодняшний день, слава мирозданию, занятие наукой выглядит куда заманчивее.
Благодарности
Я безмерно признателен тем людям, благодаря знакомству с которыми наука биология стала для меня гораздо интереснее, чем была бы без них. Собственно, даже не дотерпев до этого раздела, я с самого начала книжки упоминал их имена, едва только находился подходящий повод. Это мои научные учителя: Юрий Павлович Винецкий, Алексей Павлович Акифьев, Дмитрий Михайлович Спитковский, Джон Клаттербак, Клаудио Скадзоккио и многие другие. Собственно, вся книжка – одна сплошная благодарность им и всем моим бывшим коллегам. Именно их я воображал себе в качестве потенциальных критиков: что бы они сказали, если бы прочли вот это? Сослагательное наклонение здесь употреблено потому, что некоторых из них уже нет в живых, а кое-кто никак не сможет прочесть книгу, поскольку не знает языка, на котором она написана.
Не менее глубокую благодарность я испытываю и к