Библиотека

Семь фунтов брамсельного ветра стр. 1053

Размер шрифта
-
+
Тема

сам не пришел?

– Занят, – быстро сказал Гле-Гле.

– Чем, если не секрет? – Илья умело тянул время.

– К сожалению, секрет, – сухо сказал Иван Петрович. – Служебный… А мы… может быть, коснемся наконец сути дела?

– Касайтесь, – наклонил голову Илья и поймал упавшие с носа очки. Посмеялся: какой, мол, я неловкий.

– Вы, видимо, догадываетесь… У вашего отца, капитана Мезенцева, остались кое-какие служебные материалы. Я подчеркиваю, служебные. Они представляют для нас некоторый интерес…

– Где же вы раньше-то были? – сказал Илья.

– Раньше это раньше. А теперь это теперь, – заметил Гле-Гле, который тоже присел без приглашения. В кресло у компьютера.

– Очень верное и глубокомысленное суждение, – согласился Илья. – Такие любит делать ваш однофамилец доцент Василюхин. – На этой почве у него случаются разногласия со студентами…

– Но у нас разногласий, я надеюсь, не будет, – опять вступил в разговор Иван Петрович. – Нам нужны две вещи…

– Даже две?

– Да. Во-первых, чтобы вы стерли все с вашего компьютера. Во-вторых, чтобы вернули дискету.

– Что значит “вернули”! – слегка нарочито возмутился брат. – Она изначально принадлежала отцу. А сейчас нам – по праву наследства!

Иван Петрович пообещал официальным тоном:

– Сама дискета, если она дорога вам, будет возвращена, мы только перепишем с нее тексты.

– И сотрете их с нашей дискеты, не так ли?

– Ну, естественно. А зачем вам эти весьма специфические материалы?

– А вам? Чтобы спрятать концы?

– Молодой человек! Не вам об этом судить! – подскочил в кресле Гле-Гле.

– Конечно, не мне, капитан, – покладисто отозвался Илья. – Это дело специалистов… Кстати, не терзайте клавиатуру, на жестком диске ничего нет. Я все стер, как только вы позвонили, был готов. Я же понимал, что услышав пароль, вы явитесь незамедлительно… Моя сестра была так неосмотрительна.

Иван Петрович задумчиво потрогал подбородок.

– Я не понимаю, о чем вы… Ладно, вы стерли тексты с компьютера. А дискета? Вы не откажетесь вручить ее нам?

– Какая жалость, – сказал Илья. – Совершенно не помню, куда положил ее… Может быть устроите обыск? Без ордера и понятых…

“Тарапунька” и Гле-Гле переглянулись. Гле-Гле поднялся:

– С вашего позволения, покурю на балконе. Всегда хочется курить, если волнуюсь…

– А вы не волнуйтесь, – сказала я.

– Покурю и перестану… – Гле-Гле бочком скользнул в открытую балконную дверь.

И вернулся почти сразу.

С дискетой.

– Вышел, а она там лежит… Это та самая?

– Видимо, сначала наблюдали с улицы, из машины, – сказал мне Илья довольно хладнокровно. – Профессионалы.

– Работа такая, – подтвердил Гле-Гле и протянул дискету “Тарапуньке”. – не обижайтесь, Илья Сергеевич.

Илья, кажется, не обиделся. Сказал с ноткой уважения:

– Да, с вами состязаться трудно… – Но подождите же! – это он потому, что Иван Петрович собрался сунуть дискету во внутренний карман. – Она в самом деле отцовская. Память же! Ну, сотрите запись, а сама дискета пусть останется у нас!

– Но сперва надо переписать, – сказал Гле-Гле. – Перепишем и вернем.

– От вас дождешься! – Тон у Ильи сейчас был, как у обиженного мальчишки. По правде? Или… – Перепишите здесь! Я дам чистую дискету!

– Глеб Олегович, вам не кажется, что у юноши какой-то умысел? – сказал Иван Петрович.

– Не думаю. Я все сделаю сам… Ну, где же чистая дискета? Ее мы, кстати, потом тоже вернем, не волнуйтесь.

– Если не вернете, не разорюсь… – Илья вынул из ящика под компьютером красную дискету. –

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.