Библиотека

Сфера 17 стр. 25

Размер шрифта
-
+
Тема

Я допустил эмоциональную реакцию. Нужно запомнить, что за мной водится такой грешок. И ещё склонность забывать важные вещи.

Уязвимость, сам себе заметил Николас, меня беспокоят уязвимые места товарища Фрайманна, но я не всегда помню о собственных. Неразумно, учитывая, что товарищ Фрайманн — Чёрный Кулак, а я нет.

Интересно, допускает ли товарищ Фрайманн эмоциональные реакции…

Комбат сел неподалёку и открыл бутылку минеральной воды. Он выглядел усталым. И, пожалуй, немного раздосадованным, отметил Николас, он определённо не любит шумных праздников: поставим тут галочку и закончим с попытками его развлечь таким образом. Николас помедлил немного, взял бутылку с лайскими ярлыками и подошёл к нему.

— Вы не пьёте, Эрвин?

Фрайманн поднял непроглядно-чёрные глаза.

— Нет, — отказ прозвучал резко, и он напрягся, ища слова вежливей. — Но. Если. Возможно.

Николас улыбнулся.

— Я знаю, что вы курите. Давайте поднимемся ко мне в кабинет. Я угощу вас лайской сигарой. К тому же там звукоизоляция. Я вижу, что вас это всё утомляет, — он повёл ладонью в сторону зала. — Мне хотелось бы, чтобы у вас остались приятные воспоминания.

Фрайманн встал — стремительно, точно при появлении старшего по званию.

— Николас… я вам благодарен. Я не утомлён. Сегодня прекрасный день. Я рад быть на празднике.

Кто-то где-то выучил его танцевать, подумал Реннард, но искусство светских бесед комбату не поддалось. Эрвин с трудом подбирал слова, понимал, что они звучат вымученно и оттого напрягался ещё больше. Николас улыбнулся: тут он, по крайней мере, знал, как помочь делу.

Хорошо играть на собственном поле…

В кабинете было светло от фейерверков, но совершенно тихо. Николас приоткрыл окно. Донёсся холодный, пахнущий морем ветер и с ним эхо воплей и песен.

— Душно, — объяснил Реннард, деловито отпирая шкаф, — кондиционеры старые… Лучше закрыть?

— Нет. Не стоит, оставьте так.

Фрайманн сел в кресло для посетителей, положил ногу на ногу, но голову держал прямо. Роясь в шкафу, Николас спиной чувствовал его взгляд, — не то что бы тяжёлый или неприязненный, но как-то физически ощутимый. Странно, думал он. Есть люди, чей взгляд чувствуешь как прикосновение. У товарища Кейнса такой, у Доктора… да таких немало. Но к этому рано или поздно привыкаешь, как привыкаешь ко всему. На Эрвина я почему-то постоянно обращаю внимание…

Он обернулся с улыбкой, в одной руке держа коробку сигар, в другой — бутылку.

— Я не курю, — сказал Николас шутливо, — пепельницу держу для гостей. Зато пью. Предадимся же каждый своему пороку.

Фрайманн улыбнулся в ответ — едва заметно, одним углом рта, но улыбка достигла глаз, и Николас почувствовал удовлетворение. Эрвин подался вперёд, аккуратно взял сигару из протянутой коробки.

— Нужен нож, — пояснил Николас, — обрубить кончик. Дайте-ка… Это из последних партий импорта, со складов товарища Морелли. Лайя похожа на Землю, земные растения там ближе к оригиналу. Для них важно электромагнитное поле, какие-то свойства солнечного света… Я толком не помню. Виноград, табак, чай, кофе — лучшие сорта растят на Лайе. На Циа хорошо только пиво, зато уж оно-то у нас отменное.

Эрвин слушал его, неглубоко затягиваясь. В полумраке, озаряемом призрачными сполохами голограмм, кончик сигары алел уверенно и уютно.

Николас налил себе коньяку, поиграл им в бокале.

— Я не слишком хорошо разбираюсь в табаке, — продолжал он. — Чисто теоретически. Это

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.