Сказки из детства. Чудо-книга. Любимые книжки для малыша и малышки стр. 35
оловянный солдатик совсем расплавился. От него остался только крошечный кусочек олова. На следующий день, когда служанка выгребала золу, она нашла в топке оловянное сердечко. А от танцовщицы осталась только блёстка. Но она уже не сверкала – почернела, как уголь.
Сказки братьев Гримм
В большом лесу на опушке жил бедный дровосек со своей женой и двумя детьми: мальчика звали Гензель, а девочку – Гретель.
У бедняка было в семье и скудно, и голодно; а иногда и хлеба не бывало.
И вот однажды вечером он сказал своей жене со вздохом:
– Не знаю, право, как нам и быть! Как будем мы детей кормить, когда и самим-то есть нечего!
– А знаешь ли что, муженёк, – отвечала жена, – завтра рано утром выведем детей в самую чащу леса, там разведём огонёк и дадим ещё по кусочку хлеба в запас, а затем уйдём на работу и оставим их там одних. Они оттуда не найдут дороги домой, и мы от них избавимся.
– Нет, жёнушка, – сказал муж, – этого я не сделаю. Невмоготу мне своих деток в лесу одних оставлять – ещё, пожалуй, придут дикие звери да и растерзают.
– Так разве же лучше будет, – отвечала она, – если мы все четверо станем умирать от голода?
И до тех пор его пилила, что он, наконец, согласился.
– А всё же жалко мне бедных деток, – сказал он.
А дети-то с голоду тоже заснуть не могли и слышали всё, что мачеха говорила их отцу. Гретель заплакала горькими слезами и сказала Гензелю:
– Пропали наши головы!
– Полно, Гретель, – сказал Гензель, – не печалься! Я как-нибудь ухитрюсь помочь беде.
И когда отец с мачехой уснули, он поднялся с постели, отворил дверь, да и выскользнул из дома.
Месяц светил ярко, и белые камешки, которых много валялось перед домом, блестели, словно монетки. Гензель наклонился и столько набрал их в карман, сколько влезть могло. Потом вернулся домой и сказал сестре:
– Успокойся и усни: Бог нас не оставит.
И улёгся в свою постельку.
Чуть только стало светать, ещё и солнце не всходило – пришла к детям мачеха и стала их будить:
– Ну, ну, поднимайтесь, лентяи, пойдём в лес за дровами.
Затем она дала каждому по кусочку хлеба на обед и сказала:
– Вот вам хлеб на обед, только смотрите, прежде обеда его не съешьте, ведь уж больше-то вы ничего не получите.
Гретель взяла хлеб к себе в фартучек, потому что у Гензеля карман был полнёхонек камней. И они все вместе направились в лес.
Пройдя немного, Гензель приостановился и оглянулся на дом, и потом ещё и ещё раз.
Отец спросил его:
– Гензель, что ты всё зеваешь и отстаёшь? Изволь-ка прибавить шагу.
– Ах, батюшка, – сказал Гензель, – я всё смотрю на свою белую кошечку: сидит она на крыше, словно со мной прощается.
Мачеха сказала:
– Да это вовсе и не кошечка твоя, а белая труба блестит на солнце.
А Гензель и не думал смотреть на кошечку, он всё только потихонечку выбрасывал на дорогу из своего кармана по камешку.
Когда они пришли в чащу леса, отец сказал:
– Ну, собирайте, детки, валежник, а я разведу вам огонёк, чтобы вы не озябли.
Гензель и Гретель натаскали