Библиотека

Скифы пируют на закате стр. 365

Размер шрифта
-
+
Тема

неторопливо набивая трубку, сказал:

– Хочу порасспросить тебя кое о чем… Помнишь, ты говорил о предчувствии всяких бед? Словно бог с жалом змеи…

– …стоит за твоим плечом, – закончил Скиф, испытывая легкое разочарование: сейчас он с ббльшим удовольствием потолковал бы об иных материях. – Да, помню. A'xap а'на ритайра ден кро… Харана!

– Да, Харана… Но мы называем это иначе: дар дайнджера, предвидение опасности.

Шеф произнес это «мы» легко и небрежно, так что Скифу оставалось лишь догадываться, о ком идет речь: не то о самом Сарагосе и Докторе – главных фигурах в фирме «Спасение», не то обо всем ее необычном персонале, включая пожилого умельца дядю Колю, не то об иных загадочных личностях, ему пока неизвестных. Но шеф продолжал говорить, и времени для раздумий не оставалось.

– Тебя дважды ранили, и оба раза ты чувствовал звон в ушах… или что там к тебе приходит… За какое время? Я имею в виду, за какое время до события?

Скиф машинально потер шрам на предплечье.

– Трудно сказать, Пал Нилыч. В тайге, пожалуй, было предчувствие задень… и всплеск, мощный всплеск в последние секунды, перед тем, как зек с заточкой бросился на меня. Во время таиландской операции в висках гудело суток за двое – здорово гудело, словно колокол гремел. Ну и еще, когда я решился уйти…

– Демобилизоваться? – уточнил Сарагоса.

– Да. Постоянное давление тут и тут. – Скиф коснулся виска и затылка. – Больше месяца, Пал Нилыч.

– А как сейчас? Здесь, дома, и в Амм Хаммате?

– Все нормально.

– Нормально, х-м-м… – Сарагоса покивал головой, машинально разгладил пальцем лохматые брови и спросил: – Еще случаи были?

– Были. Ударит, громыхнет – ну, значит, надо поостеречься. А через день-другой припоминаешь: пригнулся вовремя – пуля в небо ушла, отскочил – осколок рядом свистнул, остановился, прилег – на мину не наступил. Раз в Заире…

– Обойдемся без армейских воспоминаний, – отрубил Сарагоса. – Ясно, что твой дар Божий за пару дней стрекочет по-тихому из пулемета, а коль беда на носу, бьет из главного калибра. То есть, как говорят специалисты, наблюдается резонанс перед самым печальным событием… Ну, все, как в прочих случаях, не больше, но и не меньше. – Он устремил взгляд на широкий шведский тесак, висевший на стене между двух прихотливо изогнутых малайских крисов, и Скиф не решился спросить, что это за «прочие случаи». Вдруг Сарагоса резко повернулся к нему.

– А случалось ли тебе предчувствовать чужие беды? Ну, неприятности с родителями, с товарищами по службе? Их ранения, смерть? Про других Харана этот тебе когда-нибудь звонил?

«Что ему дался Харана!» – подумал Скиф, отрицательно покачивая головой. Нет, про чужие горести бог с жалом змеи ему не сообщал – даже тогда, когда дело касалось самых близких людей. Как-то отец в одной из своих бесчисленных экспедиций сломал ногу и двое суток ползком добирался до базового лагеря – голодный, одинокий, затерянный в болотах таймырской тундры… Скифу тогда уже стукнуло двадцать, он учился на четвертом курсе, и странный дар, еще не называвшийся в те времена Хараной, для него секретом не был. Однако в случае с отцом его не посещали никакие предчувствия… Быть может, у Карчева-старшего имелся свой ангел-хранитель, что-то наподобие Хараны? Ведь он в конце концов выполз из

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.