Сколько зим… стр. 150
А между тем у вас есть умнейшая пословица: сделал дело - гуляй смело.
Глаза у Фрица холодные, как у черепахи, а шея тощая, точно у журавля. Он вновь поднимает чашку. Неторопливо произносит:
- Культ любви в Японии имеет древние традиции. Для гетер существует сложная табель о рангах. На вершине его - тайфу, опознавательный знак - золотой веер. Далее тэндзин - серебряный веер… Где-то в конце - хасицубонэ…
- Какой опознавательный знак?
- Он вам не потребуется. Сегодня вы разделите ложе с тэндзин. Я же, как ваш старший товарищ, с тайфу.
- А герр Штокман?
- Герр Штокман не спит с женщинами. Он работает.
- Верно сказано, Фриц, - произнес по-русски, но с акцентом лысый, низкого роста человек. Он появился в комнате словно из-под земли. - В моем возрасте работа - это одно из немногих доступных удовольствий.
Фриц, а за ним Сованков вскочили.
- Садитесь, господа. - Он был смешон в своем дорогом костюме, без туфель. Тоже местная традиция! - Человек до конца жизни может не научиться ценить деньги, но о времени, рано или поздно, как это говорят в России, он спохватится. Господин Сованков, я много слышал о вас хорошего от моего друга Фрица. Буду краток… Россия проиграла войну. Япония победила. Но она победила не русский народ, а косную русскую государственную машину. Эта машина, если ее вовремя не заменить, приведет Россию к гибели. Помните, Сованков, сотрудничая с
Германией, вы являетесь прежде всего подлинным патриотом своего народа… Завтра вы возвращаетесь в Россию. Поезжайте на Черноморское побережье Кавказа. Осядьте в удобном для вас порту. Купите трактир. И назовите его «Старый краб». Клиентуру выбирайте среди моряков. Наблюдайте, запоминайте. Ничего не записывайте. Однажды к вам придет наш человек и скажет: «Я лучший друг Фрица». Поступите в его распоряжение.
Штокман умолк. Пристально посмотрел на Сованкова.
- Вопросы есть?
- Может, мне поменять фамилию?
- Нет. Будете работать под своей фамилией, с подлинной биографией. Ваша агентурная кличка - Японец.
- Почему?
- Так нужно. Если вопросов больше нет, до свиданья, господа. Приятной вам ночи.
ПАУТИНА
Герр Штокман знал цену копейке. Не успел Сованков поселиться на Черноморском побережье, как уже через неделю пришел к нему человек с совершенно незапоминающимся лицом и объявил себя другом Фрица.
Пробыл он у Сованкова около месяца. Обучил его тайнописи, фотографии, некоторым приемам шпионского ремесла.
Затем Сованков устроился учетчиком в управление порта. Немецкую разведку интересовали сведения о товарообороте порта, тоннаже судов, политическом настроении в среде рабочих, интеллигентов, обывателей…
В четырнадцатом году, когда началась мировая война, отрабатывать немецкие деньги стало хлопотнее, опаснее. За шпионаж грозила смертная казнь.
Между тем в доме Сованкова время от времени появлялись хмурые, молчаливые люди с тяжелыми чемоданами. А потом в порту взрывались суда, горели склады…
Осенью 1919 года связь с «друзьями Фрица» прервалась. Сованков женился. Но вскоре жена умерла от сердечного приступа, не оставив ему детей. С тех пор он жил бобылем в своем небольшом доме при запущенном фруктовом саде…
Никто не ждет вечно наград или наказаний за совершенный проступок. Проходит время, туманится… И былое кажется сном.
Летом 1935 года Сованков увидел возле своего забора семью. Сразу было понятно, что это курортники. Мужчина в соломенной шляпе и белом чесучовом костюме. Моложавая женщина