Слово о бессловесном стр. 74
Ленин, улыбаясь, – здесь сегодня двое больных и приём докторов производится в порядке очереди.
Садовник скоро кончил свой осмотр. Он сказал Владимиру Ильичу, что с пальмой ничего особенного не случилось. Надо только очистить корни, пересадить дерево в другую землю, и пальма оживёт.
– Спасибо вам большое, – сказал Ленин и пожал садовнику руку. – Так вы говорите – переменить землю? Хорошо.
А потом Ленин обернулся к доктору Розанову и сказал тихо и чуть-чуть грустно.
– Видите, доктор, как просто лечить деревья.
– Ой, – сказала Галка шёпотом. – Ой, как хорошо! А за окном был снег?
– За окном был снег, – повторил Андрей Гаврилович.
IIВсе мы, природолюбы, – люди, озабоченные смолоду. Всё нам кажется, что вот последние видим мы на земле леса, пьём воду из последних рек и ходим за грибами под последними деревьями. А скоро всю природу, что останется, запрут под стеклянный колпак, и люди после нас будут жить уже не под облаками, а под колпаками.
Это уж такая у людей привычка. Если человек что-нибудь или кого-нибудь всем своим существом, всем своим сердцем любит – девушку, звезду или берёзку, обязательно ему мерещится, что так любить может только он один на всей нашей земле, а может быть, даже и в ближайшей Галактике. Чувство это неплохое, и бояться его не следует, вреда от него не бывает, а пользы много.
Несколько дней назад ехал я от дома писателей к Серебряному бору в автобусе номер шесть.
На остановке в автобус вошёл молодой
ещё, видный из себя подполковник с необычной для военного человека ношей. Бережно обнимал он обеими руками горшок с незатейливым и довольно примелькавшимся в литературе цветком – фикусом.
Все сидячие места в автобусе были заняты. Подполковник один стоял в проходе. Вокруг сидели пожилые, уставшие после работы люди; многим из них молодой и бравый подполковник годился бы в сыновья. Если бы пришлось ему сидеть, а этим людям входить в автобус на остановке, то, конечно, он поднялся бы и уступил место, ну хотя бы вот этой седой и красивой женщине или её хмурому пожилому товарищу.
На повороте машину сильно тряхнуло, и цветок закачался и затрепетал.
Пожилой рабочий поднялся и сказал, обращаясь к подполковнику: «Садись. Сломаешь». – «Нет уж, – воскликнула седая женщина и встала, улыбаясь. – Пожалуйста, садитесь на моё место, я через две остановки выхожу»…
В дальнем углу автобуса точно ветром сдуло со скамеек мальчика и девочку. Мы их даже сначала не заметили, такие они были тихие.
Очень растерянно и виновато сел подполковник с цветком на освобождённое место, и тотчас же к нему со всех сторон потянулись, наклонились внимательные соседи.
– Он немножко у вас жёлтенький, – сказала, разглядывая цветок, седая женщина. – Ему надо подсыпать свежей земли, он оживёт, вы не бойтесь…
– Промыть надо листья мыльной водой, – посоветовал хмурый рабочий. – А если не поправится – пересадить. Цветок не человек, ему чужая земля на пользу.
– Выходить будете через заднюю площадку, – предупредила кондукторша. – Через всю машину идти – споткнётесь. Вы на солнечной стороне живёте?
Подполковник застенчиво улыбался. Цветок крепко стоял у него на коленях.
Великое утешение