Слово о граде Путивле стр. 5
тафтяной платок с золотой бахромой, которым купец часто пользовался, чтобы вытереть со лба пот, катившийся градом, потому что в тереме жарко натопили: князь был мерзляк.
– Ты думаешь, князь Игорь пойдет на меня? – спросил Владимир Глебович.
– Кто его знает, куда ему вздумается?! – ответил купец. – Да только за половцами он зимой погонялся да никого не поймал, распутица помешала. Еще раз пойти и опять ни с чем вернуться, ему охоты нет, а дружине его и тем более. Сказал он на пиру, как бы между прочим, о новом походе в степь, да только никто из бояр его не поддержал. И еще никак он не
забудет, что в позапрошлом году ты пограбил его села.
В позапрошлом году князья Игорь Святославич и Владимир Глебович должны были вдвоем идти на половцев, но поссорились из-за старшинства. Переяславский князь отказался починяться новгород-северскому, обиделся и, пока Игорь бил в степи половцев, прошел огнем и мечом по селам родственника (Всеволод, брат Игоря, был женат на сестре Владимира).
– Ты, князь, не половец, волость свою в суму не положишь и к седлу не приторочишь, искать тебя по степи не надо, – продолжил купец.
– Да уж, бегать от него не собираюсь, – сказал князь. – Но и воевать мне сейчас с ним не выгодно. Почти вся дружина в битвах полегла; бывшие союзники, черные клобуки, теперь кормятся с руки князя киевского Святослава, у меня на них денег сейчас нет; а летом половцы обещают быть в гости.
– Я знаю людей, которые ссудят тебе денег. Почти даром дадут.
– Знаю я ваше купеческое «даром»! – ехидно произнес князь переяславский. – До сих пор не могу прошлый долг вернуть. Такое впечатление, словно бездонную яму должен наполнить.
– Ну, князь, не тебе на нас жаловаться! – возразил купец. – Сколько запросил, столько и дали. А иначе все мог бы потерять.
– Не каркай, – остановил его князь. – Надо сделать так, чтобы Игорь пошел на половцев. Сможешь?
– Попробую, – ответил купец. – Есть у меня в Новгороде-Северском юродивый один, Юрашка, очень его народ слушает. Скажу, чтоб покричал за землю русскую, за веру христову.
– Этого мало будет.
– Есть и боярин думный, Вышата Васильевич. Жаден он до денег. Только возьмет много.
– Заплати, потом рассчитаемся, – приказал князь.
– Потом – когда оно будет и будет ли?! – произнес купец – Лучше бы сразу.
– Могу село дать на кормление, – предложил Владимир Глебович.
– Зачем оно мне?! Я купец. Ты лучше от пошлин меня освободи на десять лет.
– На десять – это много, – возразил князь. – Только на три года.
– Как это много?! – возмутился купец. – А у меня сколько расходов! На одного только Вышату придется уйму денег потратить! Нет, князь, меньше, чем на семь лет, я не соглашусь.
– Согласишься на пять, – отрезал князь Владимир, – иначе ничего не получишь.
– Ну, так и быть, уступлю из уважения к тебе князь, – согласился купец, знавший крутой нрав князя.
– Хорошо, если они по весне в степь уйдут и увязнут там до осени, отвлекут внимание половцев, чтобы мои смерды хотя бы в этом году урожай успели собрать, не перемерли с голода. И так волость из-за половцев совсем обезлюдела.
– До осени не обещаю. Разве что Тмутаракань пойдут отвоевывать у неверных.
– А что?! Когда-то князья черниговские ею владели. Пусть попробуют