Смертные души стр. 22
жизни – вот и все. Тривиальный медицинский вывод. Вот скажи: в чем разница между водой и льдом? С позиций микрофизики это просто перегруппировка частиц. Ты же ощущаешь себя сейчас?
– …Возможно. – Твое тело охватывает бессилие, притом что вроде бы кости по-прежнему удерживают плоть, кровь усиленно кипит, а котелок с трудом варит, поглощая кислород и производя боль. Возможно, это все от того, как расставляются и комбинируются частицы. Вот как решается все с так называемым «перерождением»? Пускай ты даже смертная душа, все равно же ты очевидно жив или по крайней мере чувствуешь себя очевидно живым. Факт, свершившийся без твоего участия за счет подобных колдовству медицинской науке и технологиям. Как сознание вновь загрузили в мозг? Неужели точно так же, как богиня-прародительница Нюйва вдула дух в глину? И сколько денег требуют за одно такое дуновение? Женщина, которую ты видишь перед собой, с виду способна разгонять ветра и облака, но вот страдания, скорби и ужаса она тебя не лишила. И к чему здесь универсальный болеутоляющий аппарат? Посовершеннее или подороже он будет, чем резервуар смертных душ? Еще более невероятна эта больница в сравнении с тем, что ты себе нафантазировал. Даже если ты с десяток тысяч раз помрешь и оживешь, все равно тебе не дано разглядеть ее истинную личину.
– Ну вот и ладно. Малой Вэй, сам посуди: все воруют баллоны, складируют воду и пропитание, уносят и прячут в одних им известных тайниках ценные вещи. Смертным душам все это надо? – Разговаривает женщина с терпением и методичностью воспитательницы детского сада.
– Наверно… Не нужно. – У тебя закрадывается подозрение, что она тебя заводит в еще более замысловатый мысленный лабиринт.
Отражающееся в экране круглое личико женщины распадается, покачивается изорванной, но прекрасной рябью, напоминая разогнанное воздушными потоками на какой-нибудь звезде огненное море. И непонятно даже, где тут у зеркала внутренняя и внешняя стороны, где здесь правда и ложь. Ты жадно уставился на кислородный баллон у женщины за спиной, боясь, что она снова тебя покинет. У этого мира будто не осталось сил поддерживать собственную стабильность.
– С тобой все в порядке? – Женщина в зеркале словно придает некоторое значение спасенным ею больным.
– Нет… Да. – По всем твоим порам проходит гнетущее ощущение надвигающегося обморока, но ты обязан перед лицом дамы держаться молодцом, демонстрируя расположение к ней. Она повернула вспять твое человеческое бытие: выудила тебя из напоминающего море скорби резервуара, прервала твои воспоминания о страдании при бедствии, воспрепятствовала тому, чтобы ты примкнул к коварному мятежу больных. Тебе не на кого положиться, кроме как на нее.
Взгляд женщины ледяным ветром проносится у тебя по хребту, будто ставя на тебе штампик «ОТК». Стоя, ты и впадаешь в забытье. Разреженный и хилый гемоглобин не в силах поддерживать твое тело и волю. Тебе будто снится сон. Снова утопаешь ты в разлившихся красным и черным водах, затягивают они тебя обратно в смерть. Хватает тебя какое-то чудище. Ты молишь женщину о помощи, ты хочешь жить, не хочешь ты быть смертной душой. Тебе будто порку задает отец, и ты обращаешься за милостью и покровительством к матери. Женщина тебя обнимает, но вдруг вытягивает руку и выдирает тебе сердце. Тебе не улизнуть, вот ты и кричишь даме в ответ:
– Мы