Смоленский поход стр. 253
говорите, наш сын еще очень мал! Не смейте сердиться на него!
— Сердиться? Вот уж не думал. Как можно сердиться на этого меленького ангелочка?
«Ангелочек» тем временем убедился, что его не собираются забирать от матери и принялся теребить бант, на ее рукаве, прилагая все возможные усилия, чтобы его оторвать. Все это было так забавно, что я снова не смог удержаться от улыбки.
Увы, злодейка-судьба не дала времени, чтобы мой маленький сын хоть немного привык ко мне и перестал дичиться. Хотя я и договорился с Густавом, что проведу немного времени с семьей и догоню его в Риге, ничего из этой затеи не вышло. Впрочем, обо всем по порядку. На следующий день, Стокгольм провожал своего короля отправлявшегося присоединять к своему королевству вольный город Ригу. Горожане, принарядившись по такому случаю в праздничную одежду, толпились в порту и махали руками своему сюзерену, время от времени разражаясь радостными криками. Похоже подданные искренне любили своего молодого короля, благо он до сих пор не успел их осчастливить повышением налогов. К скачущему рядом с их обожаемым монархом королевскому зятю, герцогу и царю они относились несколько прохладнее, но он все-таки был мужем их любимой принцессы, героем войны с датчанами и вообще неплохим парнем. Так что ему, то есть мне, тоже иной раз кричали здравицы. Правда, мне пару раз послышались крики: — «проклятый колдун», но я не придал этому значения.
Перед тем как сесть в шлюпку, Густав Адольф повернулся ко мне и спросил.
— Значит, ты все-таки задержишься?
— Не надолго, дружище, будь уверен я скоро догоню твои тяжелые транспорты с войсками. Впрочем, если что с тобой мои приставы и все необходимые документы.
— Куда отправятся твои войска после того как я займу Ригу. Если хочешь, эти транспорты доставят твою армию в Нарву или любой другой порт, по твоему усмотрению.
— Спасибо, брат мой, но у меня почти одна конница. Ее неудобно перевозить морем, да и в чистом поле мне мало кто страшен. Впрочем, как говорят мои русские подданные, «там видно будет», возможно я и воспользуюсь твоей любезностью.
Пока мы разговаривали, я снял с себя нарядный плащ и перевернул его изнанкой наружу. Парадная шляпа с короной на тулье перекочевала в ларец на руках позеленевшего в предчувствии предстоящего путешествия Миши Романова. Обняв на прощание своего незадачливого рынду, я завернулся в плащ и двинулся прочь. Во дворце трех корон меня ждала семья, которой я слишком долго был лишен. Побуду немного с Катариной и сыном, а завтра, самое позднее послезавтра двинусь вслед за Густавом Адольфом. Тем паче, что недавно пришедшей в Стокгольм «Святой Агнессе» надо принять кое-какой груз. Причем королю, нет необходимости знать, что именно я гружу, и где все это взял.
Янсен ждал меня в портовом трактире, в том самом, где я когда-то познакомился с капитаном наёмников Гротте.
— Я вижу, корона не изменила ваших привычек, ваше величество, — флегматично поприветствовал меня мой шкипер, когда я присел за его стол.
— Горбатого могила исправит, — отозвался я в том же духе, — что с грузом?
— Все что закупил ваш бывший боцман в полном порядке и совершенной исправности.
— Отлично, а то, что прислал Юхансон, места хоть хватило?
— Об этом нужно было думать до