Библиотека

Смоленский поход стр. 255

Размер шрифта
-
+
Тема

своем доме, подаренном ему покойным королем Карлом.

— Что, прямо вот так и портит?

— Ну не сам, конечно, а с помощью ведьмы.

— Ладно! Хватит нам рассказывать всякий вздор! — подвел итог разговору Янсен, — я плачу полновесными талерами, а до прочего мне и дела нет.

— Золотые слова, — с готовностью подтвердил папаша Густав, — я всегда говорю всем, не надо лезть в чужие дела и свои будут в порядке.

— А у вашего величества много поклонников, — заметил шкипер, когда хозяин ушел.

— Да уж, — хмыкнул я в ответ, — больше чем я думал. Впрочем, скоро мы покинем этот гостеприимный порт, и пусть местные жители ищут себе другой повод для сплетен. Так что, дружище, держи команду наготове.

— Разумеется. Вы тоже берегите себя и, на всякий случай помните, что в порту всегда стоит шлюпка со «Святой Агнессы». Кто знает, может и пригодится.

Покинув трактир, я двинулся в сторону дворца. Копыта моего коня звонко цокали по мостовой, заставляя немногочисленных прохожих раздаваться в сторону давая мне дорогу. Слова трактирщика давно вылетели из моей головы, уступив место мыслям о Катарине и сыне. Не знаю, можно ли назвать мои чувства к суровой шведской принцессе любовью, но ведь она мать маленького Карла Густава, а этот очаровательный малыш — мой сын. Воспоминания о нем то и дело заставляли меня улыбаться, не замечая никого вокруг. Наконец, я подъехал к дворцу трёх корон и, кивнув страже, собирался въехать внутрь, как мое внимание привлек какой-то человек, очевидно, пытавшийся пройти внутрь дворца.

— Слово и дело, — неожиданно крикнул он по-русски, — слово и дело, государь!

Приглядевшись, я, к своему удивлению, узнал в нем Савву Калитина прижившегося на шведской службе русского студента.

— Ты чего, ополоумел? — Строго спросил я его, — того и гляди стражу до родимчика доведешь!

— Они все одно, по-нашенски не понимают, — отмахнулся он, — беда, государь!

— Говори.

— Слава тебе господи, не отбыл ты с его королевским величеством. А то уж не знал к кому и обратиться. Все набольшие люди, кого знал, с королем уехали, а прочие и слушать не хотят!

— Да чего случилось то?

— Бунт.

— О как! А против кого?

— Против тебя, государь.

— Это как? Я тут вроде как не царь, чтобы против меня бунтовать.

— Не царь, а только попы лютерские на тебя зуб имеют, что ты веру их на Руси вводить не стал. Давно народ мутят, чтобы двор твой разбить, да ведьму, которую ты у себя прячешь, взять. Ждали только, когда король с войском отбудет, чтобы ворваться туда, да обитателей в делах богомерзких уличить. Ну и деньги, какие ты, государь, из Риги

привез покою многим не дают.

— Чудны дела твои господи! — Удивился я, — а ты, значит, предупредить решил. Погоди-ка, а тебе какая в том корысть? Ты ведь и сам теперь лютеранин.

— Я верно и нелицемерно служу его шведскому королевскому величеству, — четко проговорил по-шведски Савва, отстранившись, — а вы, ваше величество, супруг его сестры, нашей доброй принцессы Катарины!

— Стало быть, хорошо служишь, — хмыкнул я в ответ, — ладно, а сам-то, откуда о сем деле проведал?

Калитин потупился, но быстро справившись с замешательством, поднял глаза.

— Мне приказали в сем деле участвовать.

— Кто приказал?

— Господин Годвинсон, мой начальник департамента.

— Не помню такого…

— Он хороший друг господина Юленшерны.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.