Библиотека

Солдат императора стр. 200

Размер шрифта
-
+
Тема

бесконечности, где нет места суете, связанной с шестернями времени.

Я иду в стрельчатой тени кающихся грешников, наследующих землю миротворцев, радующихся мучеников, мучающихся злодеев, куда же без них.

Дивлюсь, как в первый раз, на скованное воздушным камнем заостренное соцветие витражей, подмигиваю нахохленным горгульям, вполне языческим, но таким уместным. Истово склоняю голову пред торжеством Бога Живого и выхожу на рыночную площадь.

Которая Гротте маркт.

Под лесами ратуши, (когда же её достроят), как обычно собирается команда могильщиков. Я ещё удивился, что народу многовато, но отсутствие телег-труповозок радовало и широкий шаг отнёс меня к организованной нашей толпе.

А толпа-то немаленькая, как бы не с триста, а то и четыреста рыл, во понабежало! Обычно-то сорок человек, много пятьдесят. Будут потом все кому не лень хвастаться «как мы в мор мертвяков таскали», индульгируя этим последним, вполне мирным днём, ну и плевать.

Привычно ввернувшись в рыхлый людской строй, я принялся раздавать привет-приветы Петерам, Якобам, Гельмутам, Янам, Рогирам и разнообразным ванам. Только дойдя до самой середины, ваш наивный друг нечаянно обратил внимание, что привет-приветы никто не возвращает, а народ вокруг брусчатого топота моих башмаков как-то неестественно расступается.

Я бы даже сказал, противоестественно.

Народец напряженно молчал и по-плохому косился, упорно не смотря при этом в глаза, что странно. Хоть бы кто плечом толкнул, мол, лезешь куда, обругал бы дежурной матерной скороговоркой не выспавшегося бюргера, по морде хоть свистнул бы, с меня не убудет, все не так скучно.

Заскучать не дали.

Как по команде вокруг образовался отменной плотности круг, явно низводя персону рассказчика до постыдного нон грата. Трансформация общественного статуса требовала прояснения, я же вот с этими рука об руку тридцать с хреном суток таскал мерзлую мертвую плоть, так что воздух, все еще благорастворённый в моих легких, завибрировал вопросом:

— Что случилось, господа мужики?

«Господа мужики» попрятали глаза, насупившись не хуже тех горгулий, задвигались и еще сильнее замолчали. В привычном озере мужских голов наблюдалось изрядное количество голов женских, что меня слегка обескуражило — не место лучшей половине на этой отвратной страде, да лучшая половина обычно и не претендовала, а вот сегодня что-то поменялось.

— Ну и?

Густое молчание тоже поменялось. Из задних рядов покатился неясной волной шепоток, доросший к рядам передним в отчетливый девятый вал:

— Пришёл! Колдун! Чёрт! Одержимый! Чужак! Пришёл! Чертов сын! Язычник! Нечистое семя! Чертолюб! Пришёл! Содомит! Гад! Погубитель! Дьяволопоклонник! Антихрист! Хватай!!!

— Хватай? Я не понял, какой колдун, вы чего?! Кто? — Шёпот толпы был такой, что его уже приходилось перекрикивать. До меня не вполне еще дошло, но холодок в низу живота затрепетал, и зимний мороз был тут совсем не причем. Толпа дрожала и волновалась, а я стоял в середине, как дурак, все спрашивал что-то, а кулаки-то начали сжиматься.

И тут чей-то крик взорвал плотину:

— Не давайте ему говорить! А-а-а-а!!! Зачарует, заколдует!!! Руками его бери!!! Давай, не робко!!! Колдун!!! На смерть его!!!

Стройно и мощно поднялся согласный женский визг.

Замелькали воздетые кулаки.

Толпа дрогнула, качнулась и бросилась.

Тут я, наконец, получил в рыло. А еще по затылку, в ухо, в печень, и по почкам, в крестец, и много куда, а еще мне отдавили ногу, и я принялся сопротивляться и всячески давать

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.