Солдат императора стр. 79
и даже если бы нас подслушали, никто не мог бы отличить наш разговор от разговора старых приятелей, которыми мы в самом деле являлись.
Все идет хорошо, но взгляды, которые бросает младшая дочь мессера Джованьолло на моего спутника, очень тревожат меня. Ведь Пауль превосходно сложен и силен, а его светлые волосы и серые глаза, столь редкие в этих местах, не могут не тронуть и не притянуть молодую итальянку.
Скажем прямо, что и Гульди на неё поглядывает, так как она отличается всей прелестью невинных пятнадцати лет. А сказанный Лукка человек самых строгих взглядов. Боюсь возможной ссоры. Хотя, признаться, что и я вот уже три месяца не был с женщиной и очень от этого страдаю…»
Из дневника Пауля Гульди.
30 июля 1522 г.
«Сутки прошли с тех пор как мы покинули Феррару, а точнее загородную резиденцию, или как здесь говорят „пьяццо“, Лукки Джованьолло. Лукка — болтливый толстяк, впрочем, весьма обходительный, под вкусный ужин и вино, за час выболтал Адаму столько стратегических сведений, что хватило бы на пожизненную каторгу. Лукка — мастер оружейник. Он льет пушки. Не сам, конечно, он владелец крупной мастерской и исполняет государственный подряд. Так что этих самых сведений у него в голове немало. Перед отходом ко сну у нас с Адамом
состоялся примечательный разговор:
— Ты что делаешь, кретин? — осведомился у меня Райсснер, взяв за пуговицу.
— А что такого я сделал? — честно не понял я и аккуратно высвободил плененную пуговицу. Не люблю, когда меня вот так хватают. Даже друзья.
— Не делай мне тут круглых глаз! Невинность ходячая! — зашипел Адам, внимательно поглядывая по сторонам, не видит ли нас кто, но коридор на втором этаже перед нашими спальнями был пуст (о да, нас поселили в разных спальнях с настоящими кроватями и простынями). — Ты видишь, скотина, как на тебя смотрит дочка Лукки?
— Ну… вижу, не слепой, а причем здесь я? Я же на неё так не смотрю?!
— В общем, считай что я тебя предупредил. Не вздумай даже дышать в её сторону! Мало того, что Лукка свою Порцию обожает сверх всякой меры, так она еще и завиднейшая невеста! А если ты её… испортишь… кому она будет нужна? Тогда Лукка не просто обидится. Он будет в ярости. Со всеми вытекающими. Ты понял?!
— Да понял я, что я, тупой? Ей и лет маловато. Не мой вариант в любом случае.
— Ей пятнадцать. Самый возраст. Значит так. Запри дверь изнутри. А то она придет „пожелать спокойной ночи“, а там я вашего брата знаю. Всё. Марш спать!
Надо ли говорить, что дверь я не запер? Нет, нет. Ничего такого я и в мыслях не держал. В самом деле, я даже представить себе не мог, что девочка, почти ребенок, сама полезет в постель к здоровенному солдафону. И потом, я что педофил какой? Младенцы меня не интересуют. Совсем.
Дверь не запер я совсем зря. Проницательный Райсснер оказался прав, как всегда, впрочем.
— Сеньор, — раздался тихий шепот, когда я уже готовился задуть свечу. Проклятый балдахин мешал рассмотреть кто же там у двери, но, на всякий случай, я выхватил шпагу, которую по привычке положил спать рядом с собой.
— Сеньор, не пугайтесь, это я, Порция. Простите, что