Солнце восходит вечером. Лотос осознания стр. 180
уже был при смерти. Будда сказал:
— Ангулимала, ты доказал, что теперь ты саньясин. Ты доказал, что грешник может стать саньясином за одно мгновение. Ты жил как грешник, но умираешь как святой.
Ангулимала коснулся ног Будды и умер.
С тех пор Будде сотни раз задавили один и тот же вопрос:
— Почему ты посвятил такого грешника?
И Будда снова и снова отвечал:
— В моем сознании нет различий. Пускай общество называет одного грешником, другого святым — это общественное различие. Но мое сознание лишь отображает истину, спрятанную за маской. И я увидел огромный потенциал в этом человеке, который всего-то пошел не той дорогой. Его нужно было лишь слегка повернуть в сторону сострадания, в сторону любви. Он оказался более святым, чем когда-либо станут многие из моих учеников. И при этом останется самым моим молодым учеником. Я посвятил его лишь накануне вечером. Он был со мной только одну ночь.
Сознание не делает суждений. Поэтому помните: когда вы начинаете судить, судит ваш ум. Помните: когда вы начинаете судить, судит ваша обусловленность, а ваша обусловленность далеко не совершенна.
(ВНЕЗАПНО ИЗ ГЛУБИНЫ ЗАЛА ДОНОСИТСЯ ЖЕНСКИЙ ГОЛОС.)
Это та самая женщина, про чьи вопросы я говорил, что отвечу на них только когда она будет спрашивать о самой себе. Сегодня она спросила о себе — возможно, что из-за желания получить ответ.
Я выбрал сегодня ее вопрос, но прежде чем отвечать на него, я должен был поговорить о папе, и она тут же ушла...
(СНОВА СЛЫШЕН ЖЕНСКИЙ ГОЛОС.)
Ну так иди же сюда.
(ЖЕНЩИНА ПРОБИРАЕТСЯ ВПЕРЕД, СОПРОВОЖДАЕМАЯ СМЕХОМ АУДИТОРИИ.)
Я ждал тебя. Задавай свой вопрос.
(ЖЕНЩИНА ЗАЧИТЫВАЕТ СВОЙ ВОПРОС.)
Вопрос пятый:
Когда ты заговорил со мной пару дней назад, ты сказал, что я приблизилась к настоящему вопросу. Я была безумно рада, что ты заговорил со мной. Эта радость помогла мне понять, что когда я задавала вопросы о твоих репликах, кажущихся оскорбительными, то спрашивала я от страха. Я боялась, что ты не любишь — что если ты не любишь поляков, то, может, не любишь и меня. Тогда я поняла, что я лишь хотела спросить: любишь ли ты меня? Но какая разница — ответишь ли ты «да» или «нет»? Не состоит ли настоящий вопрос в том, люблю ли я саму себя? И здесь ответ «нет». И мой подлинный страх заключается в том, что я никогда не сумею найти эту любовь в глубоком колодце, из которого я должна черпать энергию и любовь к самой себе. Я просто завязла в грязном болоте.Я слышала, как ты говорил, что мы должны идти в одиночестве — но мне очень страшно. Начав путешествие по реке бытия, я врезалась в огромные валуны, и теперь я боюсь продолжить свой путь. Временами мне кажется, что этот страх — мое собственное творение, но он так силен, что у меня захватывает дух. Я не хочу сдаваться. Можешь ли ты чем-нибудь мне помочь?Садись...
(СЛЫШЕН СМЕХ АУДИТОРИИ.)
Я вижу искренность твоего вопроса. Мне также ясно, почему ты оскорбляешься, когда я критикую некоторых людей. Тебе показалось, что раз я неуважительно отзывался о так называемых великих личностях, то наверняка не буду дружелюбен и по отношению