Библиотека

Советская литература: мифы и соблазны стр. 547

Размер шрифта
-
+
Тема

требует государство. Хорошо, она переходит в область дела: «Лучших сосок / не было и нет – / готов сосать до старости лет» – Маяковский делает забеги в эту сферу не только для того, чтобы освоить, как он говорит, индустриальную роль искусства. Нет, это совершенно не для него. Для него это новые формы бытования.

Тынянов справедливо пишет о том, что в эпоху 1830-х годов, в эпоху самой черной реакции, поэзия вытесняется в мадригалы, в салонный жанр и выживает там. Точно так же она вытеснялась в рекламу в 1920-е годы, в лозунги в 1930-е, в военные марши в 1940-е. Ее массовое возвращение в 1960-е годы, когда она собирала стадионы, – это реванш подлинной поэзии после советской официозной. Когда из-за цензуры невозможно стало ее свободное существование, поэзия ушла в авторскую песню, в туристскую песню, а потом уже в рок, который дал нам высокие поэтические образцы. Замечательная песня Гребенщикова «Древнерусская тоска» – тоже по манере своей чистый рэп:

А над удолбанной Москвою в небо лезут леса,

Турки строят муляжи святой Руси за полчаса,

А у хранителей святыни палец пляшет на курке,

Знак червонца проступает вместо лика на доске,

Харе кришна ходят строем по Арбату и Тверской.

Я боюсь, что сыт по горло древнерусской тоской…

Что в поэтике рэпа, во всяком случае в поэтике Оксимирона (Мирона Федорова), который мне представляется самым интересным явлением, отличает ее от традиционного русского стиха? Что принципиально нового внес рэп? Александр Минкин, большой ценитель рэп-поэзии, опубликовал на «Эхе Москвы» разбор рэп-монолога «Икар» Гнойного (он же Слава КПСС, он же Вячеслав Машнов).

Попробуйте просто просчитать количество литературных, политический, исторических отсылок и ассоциаций. Не окажется ли это грузом-200 для вашей самоуверенности?

Так пишет журналист, возражая представителям культурной России. Я не большой поклонник такой поэзии, но приходится признать, что это, конечно, стихи.

Я прошел сквозь все: алкоголь и Ко

Мне сожгли нутро. И как бы ни был далеко

Мой голубой горизонт, я дойду, хоть и пешком,

Ведь мой коридор – это путь к цели.

Пусть трёт простофиля,

Мол, Икар сдал в ломбард крылья.

Нет! Я высоко летал, но упал в чащу —

Тут нелетная погода, но мой черный ящик

Здесь между строк. Я, как прежде, бог,

Но теперь Люцифер – я падший ангел!

Стал не тот – демон Азатот.

Себя хуже во сто крат – я доппельгангер!..

На примере этих стихов проще всего рассмотреть, чем рэп отличается от всего остального.

Во-первых, это огромная свобода ассоциаций, пожалуй, граничащих с произволом. Связано это отчасти с импровизационным или квазиимпровизационным, но все равно одномоментным характером рэпа. Это текст, рассчитанный на мгновенное восприятие и быстрое произнесение. Я даже рискнул бы сказать, что это клиповая поэзия. И не только потому, что разнообразный монтаж давно уже превратил современный кинематограф в парад клипов, – все 1980-е, 1990-е годы прошли под знаком клипового мышления. Оно более ассоциативно, более прихотливо, более свободно, в каком-то смысле более беспорядочно.

Помимо клипового мышления, рэпера ведет рифма. Верлибр начинает сдавать позиции на Западе и никогда не имел их в России: все-таки рифма гармонизирует стихи. И рифма у Оксимирона, рифма у Нойза, пожалуй, и у Гнойного, хотя в меньшей степени, ведет за собой

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.