Сожалею о тебе стр. 59
вечера после памятной переписки мы больше не общались. Мне нравится, что парень меня не преследует, но одновременно я его ненавижу. Быть хорошим человеком, конечно, важно, но неужели нельзя чуть меньше переживать за свои отношения?
– Воздух прямо ножом можно было резать, – присвистывая, комментирует Лекси.
– Неправда, – защищаюсь я, отрицательно мотая головой.
– А вот и правда! Его взгляд на тебя… был просто как…
– Мы говорили о Джонасе. Он – отличный отец. Просто ему понадобилась передышка.
– Ставлю пятьдесят долларов, что он не вернется. – Лекси следует за мной к выходу на парковку.
– Куда не вернется? В школу или за Элайджей? – уточняю я.
– Никуда. Он же переехал только из-за беременности Дженни, так? У него вне нашего городка осталась целая жизнь. Он сможет продолжать делать то, что делал, и притвориться, что прошедшего года не существовало.
– Ты – просто ужас.
– Нет, это мужчины просто ужас. А отцы – самые ужасные из всех, – произносит Лески.
После этого комментария я невольно опускаю голову. И тяжело вздыхаю, вспоминая папу.
– Мой не был таким. Наоборот, был самым лучшим на свете.
– Клара, прости. Я такая тупица, – застывает в раскаянии подруга.
– Ничего. – Я возвращаюсь на пару шагов, беру ее за руку и тащу за собой. – Но насчет Джонаса ты ошибаешься. Он такой же, как папа. Хороший человек. И слишком любит Элайджу, чтобы просто взять и бросить его.
Мы проходим еще около пяти футов, прежде чем Лекси снова замирает, заставляя притормозить и меня. Я поворачиваюсь лицом к ней, а затем спрашиваю:
– Что случилось?
– Не оборачивайся. Миллер только что припарковался рядом с твоей машиной.
– Серьезно? – удивляюсь я.
– Ага. Ты должна подвезти меня домой, но не хочу мешать, вдруг он решит с тобой заговорить. Так что я возвращаюсь в школу, а ты напиши эсэмэс, когда освободишься.
– Договорились. – Я киваю, чувствуя, как в животе все нервно сжимается.
– А еще у тебя на лице написано, что ты в него втрескалась. Так что, если попробуешь потом соврать про еще один ничего не значащий разговор, я тебя побью.
– Хорошо.
Лекси шагает обратно в здание, я же медленно втягиваю воздух, пытаясь успокоиться. Затем разворачиваюсь и иду к автомобилю, притворяясь, что не замечаю пикап Миллера, пока не приближаюсь к водительской двери. Стекла в голубой развалюхе подняты, мотор заведен, но парень просто сидит и посасывает чупа-чупс, не обращая на меня внимания и пристально разглядывая что-то впереди.
Наверняка он даже не заметил, что припарковался рядом со мной, а я-то уже напридумывала… Чувствую себя полной идиоткой.
Но тут открывается пассажирская дверца пикапа. Адамс лениво поворачивает голову
и нетерпеливо на меня смотрит, будто я должна немедленно забраться внутрь.
Я взвешиваю варианты. Мне нравятся ощущения, которые я испытываю в присутствии парня, поэтому несмотря на нежелание потакать такому неджентльменскому поведению, я все же сажусь в его машину. Да, можете считать меня слабовольной.
В кабине между нами словно натянули оголенный электрический провод. Тишина буквально потрескивает от напряжения. Кажется, что сердце готово выскочить из груди, а грохот его биения слышно за километр.
Миллер откидывается на подголовник, не сводя с меня взора. Я не поворачиваюсь к нему, только бросаю косые взгляды. Но мне далеко до его расслабленности: тело как струна, спина едва