Библиотека

Старость — это надолго стр. 71

Размер шрифта
-
+
Тема

тяжелой работой, а потом наложить на себя руки? В голове не укладывается! Этому должно быть какое-то объяснение.

Андре перевел взгляд на чернильницу — она показалась ему знакомой. Или в монастыре все письменные приборы одинаковы? Повинуясь порыву, он встал, вышел за дверь и толкнул другую. Стол в келье летописца было пуст, что неудивительно. Но исчезла не только летопись, но и чистые листы бумаги, а также чернильница. Несомненно, именно она сейчас стояла на столе в келье послушников. И ею собирался недавно воспользоваться брат Рикардо. Мало того — воспользовался, ведь бумаги в его келье не обнаружено, хотя на столе секретаря не осталось ни единого листа.

Стало быть, кто-то похитил послание? Самая очевидная кандидатура для этого — брат Арман. Он был замешан в побеге и первым обнаружил тело. Если молчальник действительно совершил самоубийство, то оставил дверь приоткрытой, надеясь, что первым туда заглянет его друг — повар. Тот не стал бы шарить по карманам и воровать записки, а побежал бы прямиком к доктору. О вознице такого не скажешь.

С другой стороны, если кто-то убил садовника, то о предсмертной записке и речи идти не может… Там было что-то другое. Что-то очень важное для убийцы. Брат Рикардо не мог говорить, зато мог писать. Что за тайну носил в себе этот безумный молчальник? Возвращение Лу вновь оторвало доктора от размышлений. Скрывая досаду, он усадил слугу за очередной урок: велел переписывать признаки кори, а после повторить наизусть «Отче наш». Пока юный ученик пыхтел над заданием, Андре расхаживал по келье, с протоколом в руках и пытался вернуться к ускользающей из-под носа догадке.

Надрывный звон с колокольни возвестил о начале вечерней мессы и скором ужине. Доктор лишь подивился, как быстро пролетел день. Слуга с надеждой поглядел в сторону двери, но Андре покачал головой. Присутствие на церковной службе ничего им не даст, а уроков в этом горе-путешествии уже пропущено немало.

Вздохнув, Лу вернулся к учебе. Давая ему задания на переписывание бессмысленных, с точки зрения слуги, текстов, Андре надеялся убить двух зайцев: быстрее развить навыки чтения и чистописания. От напряжения парень высунул язык и тяжело вздыхал, когда особо заковыристое словечко оставалось позади. Расправившись с письменной работой, он с запинкой прочитал молитву. Андре остался доволен.

— Вы перевод обещали, — напомнил Лу, когда мучительный урок закончился.

— Обещал… Впрочем, думаю, вам лучше спросить помощи у брата Модеста. Он весьма дружелюбен, а кроме того осведомлен в богословии куда лучше, чем я.

Парень кивнул. Признаться, Андре не рисковал лезть в дебри теологии даже на таком элементарном уровне, как толкование «Pater noster». Он был не силен в подобных вопросах, можно даже сказать, невежественен.

По каменным плитам снаружи застучали сандалии. Монахи шли ужинать. Через минуту раздался стук в дверь, и в келью заглянул повар, очевидно, замыкавший шествие. Он улыбнулся Лу, кивнул доктору и позвал их в трапезную.

Там все уже были на своих местах. Брат Модест уселся последним к общему столу, а Андре со слугой — как всегда отдельно. Ужин проходил в молчании. Повар на этот раз приготовил тушеную рыбу, плохо очистив ее от костей. Благодаря последнему обстоятельству атмосфера была не самой напряженной: все внимание присутствующих сосредоточилось над содержимым их тарелок.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.