Стеклянные тайны Симки Зуйка стр. 180
фасона и с зареванным лицом.
– Д-да… Это он и есть?
– Представьте себе!
– Д-да… – опять сказал директор. – А где тот, второй… участник конфликта? Будьте добры, доставьте и его.
Завуч недовольно выдвинулась из кабинета.
– Ну, так что случилось-то… Серафим Стеклов? – Иван Юрьевич откинулся к спинке стула. – Только без слез.
– А я уже не могу без слез, – не стесняясь, выдал в ответ Симка. – Потому что довели. Сперва Кочан, а потом…
– Как довели-то? Чем?
Симка всхлипывая, но все же понятно изложил и про фуражку, и как «доводили», и про значок….
– Ну, это понятно. А дневник-то зачем было рвать?
– А зачем… она тоже… Значит,
в советской стране никакой справедливости нет?!
– Гм… Будем считать, что пока еще есть. Только… – Он хотел, наверно, сказать: «Только драться все равно не следует». Но тут завуч ввела Кочана.
Директор спросил без предисловий:
– Зачем взял значок у Стеклова?
– А чё! Он сам сперва дал, а потом…
– Не ври. Сегодня после шести ко мне с отцом. А значок немедленно верни.
– У меня нету. Я его… Его у меня…
– Чтобы завтра же принес. А с отцом сегодня, к половине седьмого.
– А мне с мамой, да? – сказал Симка с печалью, но и с легким вызовом. Он понимал, что трюк с дневником ему не простят.
– М-м… да. Но только как-нибудь позже, нельзя всё сразу… Ступайте оба… И не вздумайте больше!
В класс они шли по разным сторонам коридора. Но у двери Симка сказал:
– Завтра не принесешь, глотку перегрызу, гнида… – (Ох, Сима-Сима, слышала бы тебя тетя Нора, которую даже слова «ага» и «чё» заставляли морщиться.)
Кочан плюнул ему под ноги, но как-то неуверенно. И юркнул в класс. А Симка сперва пошел в туалет и умылся…
Маме он ничего не сказал. Когда вызовут, тогда и узнает, а зачем ей расстраиваться раньше срока. Но маму не вызывали. Ни через день, ни через два, ни через неделю. Симка успокоился.
А Кочан значок принес. На следующее утро, как и велел директор.
– На!.. – и кинул Симке под ноги.
Симка не стал изображать слишком гордого, нагнулся и поднял. Только все же сказал при этом:
– Если бы разбил, я бы тебе морду своротил налево…
Кочан не ответил. Его лицо было припухшим, а движения осторожными. Клим Негов, когда Симка сел за парту, доверительно придвинулся и прошептал:
– Папаша его знаешь как лупит? Не ремнем, а резиновой скакалкой. Это в тыщу раз больнее. Не пробовал?
– Сам пробуй, если охота, – буркнул Симка, которому было стыдно слушать про такое. Он даже невесомые подзатыльники получал от мамы не чаще раза в год.
…А про всю эту историю со значком и драками мама все равно узнала. На родительском собрании в конце первой четверти. Пелагея Петровна (которой в общем-то было все равно перед пенсией и которая не помнила, кто прав, а кто виноват) сказала, что вот Стеклов устраивал безобразные драки и чуть не заработал пониженную оценку по поведению за четверть.
Вернувшись, мама взялась за Симку, и пришлось все рассказать. Мама только головой покачивала, а брат Игорь, который приехал в короткий отпуск, усадил Симку рядом на кровать.
– Конечно, ты молодец, что прочистил мозги этому подонку…
Симка вдруг вспомнил Нору