Стеклянные тайны Симки Зуйка стр. 254
известная, без заказов не сидела, вот и жили. Снимали там комнаты у купца Красильникова. Сам-то он в том доме не обитал, сдавал жилье внаем…
«Я правильно догадался!» – радостно прыгнуло в голове у Симки. А Мик ему объяснил:
– Женька Монахов друг деда в детстве. Самый лучший. Они вместе учились в реальном… – Видно, Станислав Львович немало рассказывал внуку о школьных годах.
– Да… карту эту мы нашли в приложении к старому журналу и потом путешествовали с ней по городу. Как водится, искали приключений. Ну-ка, давайте сядем…
Он опять уселся на кровать, а Симка и Мик с двух сторон от него, на пропахшем папиросами кусачем одеяле. Мик нетерпеливо поерзал.
– Дед, с двумя крестиками ясно, это ваши дома. А третий-то… Может, там клад?
Станислав Львович снова покивал и посмеялся:
– Ну, всё как водится. Все мальчишки одинаковы… Нам тоже везде чудились зарытые сокровища. Но в этом месте никакого клада не было… Хотя…
– Что? – напряженно сказал Мик.
И Симка напрягся молча.
– Если выражаться слегка высокопарно, то можно сказать: там клад души. Или клад памяти…
– Это как? – нетерпеливо дернулся Мик. – Дед, ты запутанно говоришь…
– Ничего не запутанно… Просто однажды летней ночью мы с Женькой дали на этом месте друг другу клятву. В конце июня, как сейчас.
И было это… братцы мои, да ведь ровно полсотни лет назад! Надо же, какое совпадение! Просто мистика…
«Одно совпадение за другим, – запрыгали Симкины мысли. – В самом деле волшебство». Он знал, что мистика и волшебство – похожие вещи…
– А про что клятва? – требовательно сказал Мик. Видимо, он привык не церемониться с дедом.
– Про что, про что… Про все на свете. Что дружить будем по гроб жизни, врать не будем и подлостей не будем делать. И чтобы людям была от нас польза…
– Как Герцен и Огарев на Ленинских… на Воробьевых горах, да? – не удержался Симка.
– М-м… похоже. А ты что, читал «Былое и думы»?
– Не читал еще… – вздохнул Симка. – Мне… тетя рассказывала, когда в прошлом году были в Москве.
– Да… Мы в ту пору Герцена тоже не читали. Было нам тогда по одиннадцать-двенадцать лет, вроде как вам нынче. Может, чуточку побольше… Ночевали мы тогда в летней кладовке, там, в Нагорном переулке. Была в ней у нас «каюта». Читали по ночам Майн Рида и Жаколио и мечтали о дальних странах. Были не разлей вода… И вот однажды в полночь подняло нас этакое вдохновение, пошли бродить по улицам, вышли к реке. Встали над обрывом, обнялись за плечи и… излили друг другу души… И верили тогда, что все так и будет, как обещаем.
«А было не так?» – чуть не вырвалось у Симки. Он прикусил губу. А Станислав Львович покашлял и заговорил опять:
– Помню, ночь была светлая-светлая. Шлепал по реке буксир «Добрыня» с огоньками… А мы стояли на обрыве и казались себе большими и сильными. Хотя с виду и внутри были, конечно, взъерошенные собственным волнением мальчуганы. В парусиновых косоворотках… вроде как штаны у Мика, только не в таких перемазанных… в фуражках, почти таких, как у Серафима, только не с якорями, а с буквами Тэ, Эр, У…
Симка запоздало сдернул фуражку, положил на колени.
Теперь