Библиотека

Стеклянный дом, или Ключи от смерти стр. 114

Размер шрифта
-
+
Тема

телом.

— Набери полную грудь и не дыши, — дружелюбно посоветовал я ему. После чего отцепил у него с ремня рацию, снял с нее аккумулятор, вытащил ключи из зажигания машины, собрал все это в охапку с оружием и сказал: — Минут через пять вернетесь пешочком на то место, где меня взяли, найдете там свои манатки.

Добежав до «кадета», я действительно сгрузил все это в ближайшую оставшуюся от дождя лужу, решив тем самым заодно проблему своих отпечатков. Перед тем, как рвануть с места, я с досадой вспомнил про оставшийся в подвале на верстаке пультик от заложенной под бандитский особняк бомбы, с сожалением, впрочем, констатировав, что больше не могу теперь пустить его в ход. Семь из десяти, что мои милиционеры, найдя свои бебехи, не станут никому докладывать о позоре, нанесенном им неведомым бомжом. Да пусть и доложат, не велика беда. Но если сейчас рванет, то завтра меня по приметам будет искать весь город.

Я вдруг почувствовал, что безумно устал. Силы как будто вытекли из меня. Клюя носом в руль, я проехал несколько улиц и где-то в окрестностях Полянки нашел тихий, заставленный машинами двор и там воткнулся в крошечную щель между «Волгой» и забором. Если старшина все-таки отрапортует о своих успехах в отделении, лучше мне

сейчас не передвигаться по пустынному городу с риском нарваться на случайный патруль, а дождаться утра в какой-нибудь тихой заводи, вроде этой. Откинув сиденье, я устроился поудобнее, но сон вдруг пропал. А может, наоборот, навалился сзади на плечи, как волкодав, молча и яростно. Потому что я так и не мог понять, сплю ли, брежу ли наяву: это была какая-то гнусная полудрема, куда свалились, как в яму, обглоданные куски истекших безумных суток. Кружились в глазах давешние уголовные оскаленные рожи, темные разрушенные подъезды, грязные гаражи, кладбищенские кресты, ржавые подвалы, шипя и плюясь, пылала огромная, как квасная бочка, паяльная лампа, а последним привиделся старшина милиции Михалыч. Бодро сверкая своей золотой фиксой, он произносил передо мной длинную взволнованную речь, из которой я совершенно ничего не мог понять. И только в самом конце сна догадался, что говорит он на чистой лагерной фене, все время на разные лады склоняя одни и те же слова.

Бризец и гецильник.

18. Алмазный самолет

Бризец и гецильник. С этими словами я проснулся, обнаружив, что во сне умудрился развернуться в тесном салоне «опеля» аж на сто восемьдесят градусов и лежу теперь в нелепой и неудобной позе, задрав ноги к заднему стеклу, головой под рулевой колонкой. На лбу высыхал пот. За окном уже рассвело, часы на приборной панели показывали без пяти минут шесть: я проспал всего-навсего три часа. Какой бес меня подкинул?

И сейчас же понял — какой.

Если я не могу найти Лешака и Мойву, то что еще мне о них известно? Мне известно, что Лешак дал Мойве на завтра — уже на сегодня! — бризец. Дать бризец, насколько я помню, означает навести, предложить объект преступления. Затем, по-видимому, ясен этот самый объект: скорее всего, банкир Забусов, о котором Блумов говорил со столь нескрываемой злобой. Итак, мы имеем, во-первых, время. Во-вторых, жертву. В-третьих... Место, имеем ли мы место?!

Конечно, если убийство планируется совершить где-то

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.