Библиотека

Стеклянный дом, или Ключи от смерти стр. 117

Размер шрифта
-
+
Тема

между наружной стеной и машинами с охраной: в этом случае при кучной стрельбе разрывными и зонтик никакой не спасет. Немного, правда, далековато, но для хорошего стрелка это не помеха, к тому же дает большую фору во времени для отхода. Короче, лично я выбрал бы «жилтовский». То есть, собственно говоря, я его и выбрал — как место предполагаемого рандеву с Мойвой. Теперь оставалось поторапливаться, потому что, коли я прав, тот, кто придет на встречу раньше, получит очень важное преимущество.

На этот раз в оружейной комнате я намеревался взять боевое оружие. И, подумав, остановился на помповом дробовике, восьмизарядном «ремингтоне» двенадцатого калибра с

короткой пистолетной рукояткой. Эта штука способна, по-моему, слона на бегу остановить, но сейчас я предпочел ее пистолету по совсем другим причинам. Присовокупив к этому десантный нож, двенадцатикратный бинокль, связку отмычек и пару наручников, я отправился наверх, готовый, кажется, к любым неожиданностям. Но все равно был ошеломлен, обнаружив первую из них уже через две минуты после начала операции: отмычки не понадобились. Ход на чердак был распахнут, амбарный замок понуро висел в петле на разомкнутой дужке.

Это могло означать очень много — и ничего. Быть знаком того, что Мойва прошел здесь раньше меня. И свидетельством разгильдяйства техника-смотрителя. Очень хотелось верить в последнее. Но исходить следовало из худшего. В любом случае, мой подъезд находится как минимум в ста шагах от теоретически вычисленного мною места засады снайпера. Значит, маловероятно, что противник ждет меня прямо по ту сторону двери. Выждав для верности, пока секундная стрелка сделает три оборота, я, держа дробовик наизготовку, внутренне сжавшись от ощущения поджидающей меня там опасности, шагнул за высокий, обитый жестью порог. И ничего не случилось.

Бревна стропил у нашего старика-"жилтовского" потемнели от вечной усталости. Похоже, их не меняли с рождения, лишь там и сям укрепляли новыми и новыми подпорками да перемычками из неструганых досок, создавая все более непроходимый лабиринт. Рассеянный свет проникал сюда сквозь прорехи в прохудившейся кровле и расположенные через равное расстояние слуховые оконца на уровне пола. Под ногами пружинил подгнивший дощатый настил, как ковром, покрытый толстым слоем опилок, птичьих перьев и просто векового мусора. Пахло пылью и одновременно сыростью. Прахом и тленом. А еще пахло смертью, но, пожалуй, это уже была чистая игра воображения.

В царящем здесь сумраке трудно было разглядеть что-либо уже в пяти шагах, но я двигался, ориентируясь на светлые пятна слуховых окон. Сосредоточившись на том, чтобы производить как можно меньше шума, я главным образом смотрел себе под ноги и в результате пару раз умудрился довольно чувствительно треснуться головой о нависающие балки. Когда моя макушка с глухим стуком натыкалась на препятствие, я, нелепо растопырившись, замирал на ходу, нервно сжимая в руке дробовик и изо всех сил прислушиваясь. Но слышал только, как стучит мое собственное сердце. Вдруг отчетливо вспомнилось, что точно так же оно колотилось в те времена, когда мы мальчишками ползали здесь, играя в фашистов, партизан и индейцев. Вот сейчас в полутьме нарисуется силуэт Мойвы, наемного убийцы с винтовкой в руках, и я крикну: падай, а то играть не буду!..

Но Мойва не появлялся. Слуховые окна находились примерно метрах в двадцати друг от друга, и, добравшись

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.