Сто тысяч франков в награду стр. 78
очки, поспешно надел их и прочел вслух:
— Нана Солейль пропала! Похищена! Неужели это… Странно!.. Очень странно!
Удивление доктора Бонантейля было очень велико, когда он увидел это объявление в иллюстрированной газете. Господин Вильбруа приказал описать приметы пропавшей и напечатать ее портрет. И это был портрет женщины, которую доктор видел прошлой ночью в таинственном доме! Паком, до этой минуты спокойно лежавший у двери, вдруг подбежал к доктору. Собака тряслась всем телом и подпрыгивала.
— Ваша собака взбесилась! — воскликнул доктор.
— Как? Мой верный друг Паком? Взбесился? — Сильвен не верил своим ушам. — Боже, сохрани меня от нового несчастья!
Паком лег на пол, потом снова вскочил. Он тряс головой, словно желая избавиться от того, что жгло ему горло.
— Мою собаку отравили! — вскрикнул Сильвен.
— Отравили? — повторил доктор.
Сильвен бросился к собаке.
— Оставьте ее, я все понял! — вдруг сказал Бонантейль.
— Что? Что вы поняли?
— Вот, смотрите…
Доктор наклонился и поднял с пола кусочек бумаги. Рядом с ней лежали частицы черной коры манкона: господин Бонантейль случайно рассыпал их, когда доставал из кармана очки. Сильвен испуганно посмотрел на доктора.
— Это яд? Паком погиб!
— Может быть, его еще удастся спасти…
Собака стала спокойнее и стояла на месте, слегка покачиваясь из стороны в сторону. Потом ее лапы подкосились, и она растянулась на ковре. Доктор Бонантейль поднял веки у животного и прокричал:
— Я не ошибся! Больше никаких сомнений!
— Доктор, — спросил Сильвен, — он будет жить?
— Думаю, что да. Но, как бы то ни было, этот факт должен положительно сказаться на нашей больной.
— Что вы имеете в виду?
— Пока не расспрашивайте меня ни о чем, идите к Аврилетте и запаситесь мужеством. Я обещаю вам сделать все возможное для той, которую вы поручили моим заботам.
— Я верю вам, доктор.
Сильвен, склонившись над Пакомом, по-прежнему лежавшим на полу без движения, хотел унести его собой.
— Не трогайте собаку, — остановил его доктор. — Она теперь принадлежит мне… по праву науки, — прибавил он с улыбкой. — Я надеюсь, что ее жизни ничто не угрожает. Идите, не бойтесь.
Сильвен вышел и в сопровождении одного из фельдшеров направился к комнате Аврилетты. Оставшись один, доктор позвонил слуге.
— Отнесите собаку в кабинет, — распорядился он, когда тот явился, — и скажите моему помощнику, что я жду его там.
Господин Бонантейль еще на несколько минут задержался в приемной и, снова взяв в руки иллюстрированную газету, проговорил:
— Нана Солейль! Никаких сомнений, это ее портрет! Подобное сходство — большая редкость, если не сказать, что вообще невозможно… Итак, молодая женщина, которую я видел в таинственном доме, была похищена, эта же пропала… Странное совпадение! К несчастью, я не могу определить, когда именно женщина впала в летаргию из-за отравления ядом, который уже лишил рассудка Аврилетту… Что мне делать?
Доктор понятия не имел, где находился тот дом, в который его возили с завязанными глазами. Да если бы он и знал, что бы это изменило? Разве он не дал слово человеку в маске? Разве он не пообещал никому не говорить о том, что видел и слышал в том таинственном доме? Но что, если это преступление? Незнакомец, по-видимому, сам ничего не знал об отравлении, жертвой которого стала молодая женщина.
— Кто эта Нана Солейль? — продолжал размышлять доктор. —