Столичный доктор стр. 110
застучали сапоги, кто-то резко спросил, где я есть. Голос знакомый, кстати. Недавно вроде слышал. Кузьма что-то проворчал, но посетитель прошел мимо него, и буквально вломился ко мне.
— Алесандр Алексеевич? Вот неожиданно, — опешил я. Боброва ко мне ехать не планировал, по крайней мере, не предупреждал, вроде нечего ему тут делать. — Случилось что-то?
— Да. У одного… неважно… там у мальчика… беда… Менингит, тяжелый. Вы же говорили, что стрептоцид на всю кокковую флору действует, так? На Diplococcus meningitidis тоже? Проверяли?
— Да, — кивнул я. Хорошо помню, как я при чтении записи в лабораторном журнале споткнулся об это название, пришлось вспоминать, что это более привычная
для меня нейссерия. — Сколько ребенку? Это точно бактериальный менингит? Посев из носоглотки делали? Впрочем, какая разница, если не подействует, то… ясно, короче.
— Десять лет, утром сегодня заболел, отвезли к Полиэвктову, в детские инфекционные бараки. У вас есть лекарство?
— Да, сейчас. Да присядьте, Алесандр Алексеевич, в ногах правды нет.
Я открыл шкаф и достал пакет с сульфаниламидом. Помощники наладили производство, не в промышленных масштабах, но для повседневного применения хватает с лихвой.
— Дозировка какая? — никак не успокаивался Бобров.
— Для десяти лет? Ну, давайте по грамму пять раз в день. Чуть меньше взрослой дозы. Суточная доза пять грамм будет. Должно хватить. Сыпи нет? Температура какая?
— Даже не знаю, сказали «высокая»… А поедем со мной, посмотрим мальчика? Не затруднит вас? Нил Федорович обещал консультировать, но позже…
Филатов? Никак не привыкну, что попал в учебник истории медицины. Да и Полиэвктов, настолько я помню, не прогуляться вышел, первый в России ребенка интубировал. У кого-то с верхов ребенок заболел, не иначе, собирают помощь со всех сторон. Ладно, раз просят, уважу. В инфекцию лезть очень не хочется, а что поделаешь…
— Маска есть у вас? — спросил я Боброва. — Нет? Вот, держите, а лучше две сразу наденьте, для верности.
— Это еще почему?
— Потому что инфекция воздушно-капельная, и очень опасная. Зайдете в палату, вдохнете пару раз, вот вам и бактерия в носоглотке. И сами заболеть можете, и домой принети, и на работу.
Глава 21
Посмотрели больного. Случай поистине студенческий. Для учащихся замечательно, потому что все признаки очень хорошо выражены. И по той же причине для пациента — крайне плохо. Я убедил Боброва заехать за хирургическими перчатками. Всё равно по дороге, потеря времени — минимальная.
Мальчик… жаль его, конечно. Рвота часто и уже нечем, и поэтому его просто выворачивает. В сознании, хоть и спутанном, жалуется, что голова сильно болит. Еще и поза… ошибиться невозможно. Голова запрокинута назад, менингизм даже проверять не надо, подбородок хрен с места сдвинуть. И симптомы натяжения — все, какие есть, по максимуму. Спина выгнута, ноги согнуты и подтянуты к животу. Блин, сыпь сливная на ногах, уже почти черная. Ну и кисти я попробовал — холодные, несмотря на температуру тридцать девять и шесть. Менингит, септицемия, шок. Я бы пригласил священника, но в ватно-марлевой маске. Мало шансов. Что тут мой стрептоцид? Надо лить, фигачить гормоны, антибиотики лошадиными дозами. Реанимационный больной, а тут он лежит просто в отдельной палате, вот и все преимущества.
Мне только и осталось отдать Полиэвктову стрептоцид, и сказать, что первая доза — двойная. Ну, а дальше —