Библиотека

Странный рыцарь Священной книги стр. 131

Размер шрифта
-
+
Тема

рыцаря, присвоившего мешок золотых греческих номисм. Но если б потребовалось вздернуть каждого вора, некому было бы похоронить их — ни одного человека не осталось бы в живых.

Меня бы тоже следовало повесить.

На развалинах Восточного Рима возникла Латинская империя. Но Венеция заполучила чуть ли не всю древнюю Элладу, острова Эгейского моря и Крит. Гордая морская республика имела теперь больше земель, чем все крестоносцы вместе взятые.

Через три недели после Пасхи императором был избран Бодуэн Фландрский. После чего графы и бароны повскакивали на коней и отправились вступать во владение землями, что достались им при великом дележе. Хотя многие не умели

даже произнести названия новых своих замков.

Когда увидел я вдалеке стены отцовского замка, мне впервые захотелось иметь собственную башню, куда я мог бы удалиться на покой. К двадцати пяти годам я уже устал убивать и смотреть, как убивают другие.

Ромеи тогда восстали и расправились с извечными врагами своими — болгарами. Наш император пошел войной на Калояна, царя Влахии и Болгарии. Но в битве при Адрианополе мы потерпели полное поражение, граф Людовик де Блуа был убит вместе с сотнями знатных рыцарей, чьи имена за недостатком времени перечислять не стану, а император Бодуэн попал в плен. Взяли в плен и меня. Я провел в Царёвграде Тырнове, престольном городе болгар, два года, вплоть до кончины Калояна. Несколько раз довелось мне видеть его — необычный был человек, на целую голову выше своих приближенных, с неистовым блеском в глазах, словно обуреваемый бурными страстями, но скованный железными цепями, кои стремился порвать. Жилы на лбу и руках его вздулись и бились так, будто сердце вот-вот разорвется. Или же бьются в груди его три сердца. Он был третьим братом в семье — двое царствовали прежде него, но были убиты. Рассказывали мне, что пока были живы все трое, жили они как один человек, обладающий тремя сердцами.

Прожил я два года плена ни хорошо, ни скверно. Император Бодуэн заплатил дань собственной жизнью, я же уцелел. Болгары кормили меня в ожидании выкупа. В Тырнов и вправду прибыли посланцы с мешком золота, и многие мои друзья — а также недруги, — взятые в плен при Адрианополе, двинулись назад, в пределы Латинской империи. Я отправил с ними письмо своему брату, не кому-нибудь, а самому Эблу Пятому де Вентадорну, с просьбой выкупить меня, хотя отлично знал, что не дождусь от него и ломаного гроша. Ибо в нашем замке вместо серебряных кубков гостям подносили любезные речи, а вместо шелковых тканей сплетали строки изысканных канцон.

После смерти Калояна на престол взошел Борил. Как человек и как правитель был он не плох и не хорош. Но доведись мне жить во дворце Калояна, где царское ложе вдвое шире обычного, и предлагали бы мне примерить Калоянов сапог, в который влезли бы обе мои ноги разом, да при этом заставляли бы взмахивать неподъемным Калояновым мечом — меня бы тоже, как Борила, то распирало от гордости, то одолевало уныние.

Неизвестно, как долго оставалось бы мне жить на свете, если б наши стражники, куманы, не затеяли с нами, пленниками, жестокую игру. Игральными костями служили просто косточки, на которых со всех сторон были начертаны определенные

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.