Библиотека

Странный рыцарь Священной книги стр. 48

Размер шрифта
-
+
Тема

тонкой струйкой. Я поднялся — оказалось, ходить могу. Тогда, нагнувшись, сорвал с барона маску. При скудном свете угасающего дня увидел жестокое лицо, искаженное яростью и смертной мукой. Он смотрел на меня. Этот человек был молод. Возможно, он и впрямь был бароном, но только не Д’Огервилем.

Я сказал:

— Это не барон Д’Отервиль. Много лет назад я видел барона в Иерусалиме. Он уже тогда был зрелым мужем.

Влад сказал:

— Коль скоро этот человек не Д’Отервиль, он скрывал лицо свое ото всех. И, значит, я тоже могу назваться бароном Д’Отервилем.

С усилием выдернул я свой нож из живота убитого — острие засело в позвоночнике — и перерезал ему горло. Еще один, выдававший себя за того, кем он не был. Как и я… Тогда я подошел к лежавшему на земле Роже и одним резким движением свернул ему шею.

Подойдя к двери, я выглянул в щель между рассохшимися досками. Двор затих, какой-то конюх чистил расседланных лошадей, окошки постоялого двора светились. У распахнутых ворот стояли, привалившись к оседланным лошадям, двое конников без шлемов. Это были стражники мнимого Д’Отервиля — ждали, когда тот выведет из сарая пленников. Я сказал Владу:

— Раздень его.

Ясен удивленно уставился на меня, будто это я снял с себя маску, и он впервые видит истинное мое лицо. Лада, закрыв глаза руками, прислонилась лбом к тому косяку, о который я разбил голову мнимого Роже.

Да, я дрался, как настоящий Анри де Вентадорн, а теперь и повелевал, как он.

Но разве Боян из Земена не был тоже воином? Возможно, даже рыцарем. И разве не пошел бы он тоже на убийство ради Священной книги?

Влад надел на себя платье барона, панцирь, маску, я же превратился в Роже и взял его маску. Мертвые тела белели в полутьме. Мы спрятали их в копнах сена.

Чуть не забыл — когда Влад снимал с барона одежду, у того из-за пазухи

выпала вторая маска мягкая, гибкая, с отвисшей нижней губой. А затем оттуда же выскользнул и упал наземь кожаный кошель. Я поднял его — он был тяжелый, таким тяжелым могло быть только золото. Да, там хранилось целое богатство — самое малое, двести или триста золотых монет. У меня закружилась голова, тошнота подступила к горлу, как будто я на пустой желудок осушил полный кубок вина.

Рука Ясена вытянула кошель из сжавшейся моей руки. Он широко размахнулся и зашвырнул его вглубь сарая. Утонув в мягком сене, золото исчезло, даже не звякнув. Ясен сказал:

— Бояне, любое золото подобно пасти дракона.

А я и забыл, на миг, что я Боян из Земена. Но все равно — в темноте пришлось бы искать это золото до утра. Хотя, быть может, это у меня в глазах было темно? Я чувствовал, что какая-то теплая река уносит меня куда-то. Клонило ко сну.

Мы вышли из сеновала, пересекли двор, а мне казалось, что я ступаю не по земле, а иду по колено в облаках. Завидев нас, стражники испуганно вытянулись в струнку. Я велел им следовать за мной. Остановился я очень скоро, когда ограда скрыла нас от постоялого двора. Дорога была темна и безлюдна, усыпляюще стрекотали кузнечики. Я всмотрелся в свирепые, алчные

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.