Страх открывает двери стр. 28
умное, но только не в эту минуту.
Первое, что я заметил, — это револьвер в его руке, и притом не из тех, которыми балуются новички. Это был большой черный немецкий «маузер» калибра 7,63. Весьма экономное оружие. Одна пуля может пробить сразу трех человек!
Второе, на что я обратил внимание, это то, что дверь ванной стала как-будто меньше с тех пор, как я видел ее последний раз. Правда, его плечи не совсем заслонили ее, но это было лишь потому, что она была действительно широкой. Что же касалось его роста, то скажу только одно: его голова была на уровне дверной притолоки. Третье, что бросалось в глаза, был фасон его шляпы и цвет его куртки: панама и зеленая куртка. Это был наш друг и сосед, владелец «форда», около которого я остановился на стоянке.
Левой рукой он закрыл за собой дверь в ванную.
— А окно ванной не следовало бы оставлять открытым. Позвольте ваш револьвер. — У него был спокойный глубокий голос, и в нем не было не аффектации, ни угрозы — видно было, что это его обычная манера говорить с людьми.
— Револьвер? — Я попытался сделать вид, что не понимаю его.
— Послушайте, Тэлбот, — сказал он непринужденно. — Я считаю, что оба мы относимся к той категории людей, которых можно считать профессионалами. Дайте сюда револьвер! И без лишних слов!.. Да, да, тот револьвер, который находится сейчас в вашем правом кармане. Бросьте его на ковер… Вот так, спасибо!
Я даже подтолкнул револьвер ногой, я хотел доказать, что он не ошибся, считая меня профессионалом.
— А теперь присаживайтесь, — сказал он с улыбкой, и я увидел, что его лицо совсем не было полным. Оно было просто широким. Узкая полоска черных усов и тонкий, почти греческий нос не гармонировали с ним. Создавалось впечатление, будто их пересадили сюда с другого лица. Такое же впечатление создавали и насмешливые морщинки возле глаз и вокруг рта. Я не придал большого значения этим морщинкам — возможно, он всегда улыбался, даже когда бил кого-нибудь пистолетом по голове.
— Вы узнали меня на стоянке? — спросил я.
— Нет… — Левой рукой он раскрыл мой «кольт», вынул оставшийся патрон и небрежным движением кисти бросил его так ловко, что угодил прямо в корзину для мусора, стоявшую футах в десяти от него. И вообще, он был похож на человека, который, из десяти возможных очков выбивает десять, которому удается все, что бы он ни задумал. Если он так ловко действовал левой рукой, то как же он действовал правой? А он тем временем продолжал:
— Я никогда вас не видел до этого дня. Я даже ничего не знал о вас, когда увидел вас на стоянке сегодня впервые. Но я сто раз видел эту молодую леди и столько же раз слышал о ней. Вы, конечно, нездешний, иначе вы бы тоже о ней слышали. Впрочем, может быть, и слышали, но не подозреваете, кого вы захватили. Да вы и не первый, кого она ввела в заблуждение. Ни грима, ни акцента, детские косички… Так можно выглядеть, когда ты либо вообще отказываешься от соперничества, либо уверен и без того в победе над соперниками. — Он посмотрел и снова улыбнулся. — Мери Блэр Рутвен не имеет соперниц! Зная