Библиотека

Струны памяти стр. 7

Размер шрифта
-
+
Тема

Мартемьян Колонков на плоту. В бороде ветер запутался, по резиновым сапогам вода хлещет, пробиваясь сквозь замшелые сплотни. Телогрейка распахнута. Глаза злые. Красив Мартемьян Колонков в гневе. Сам чувствует, что красив. Плот под ногами прыгает ошалело, а он хоть бы что… держится. Ловко проталкивает плот между плывунами, подруливает к берегу, бросает багор, смахивает со лба пот.

Подбегает Сидор Гремин, учтивый…

— Горло застудите, Мартемьян Пантелеич. У вас оно вчера с воды-то холодной…

Мартемьян Колонков хмурится, недовольный. Не любит, когда ему напоминают о болезни, именуемой у медиков «хронической ангиной». Бывает, досадует: «Здоров как бык. А эта сволота привязалась и не отцепится».

— Не учи. Без тебя знаю, — говорит Мартемьян Колонков.

Сидор Гремин обиженно поджимает губы. Он тоже ничего себе с лица, технорук. Под стать своему начальнику. Но его красота мягче. Она сразу в глаза бросается. И людям приятно быть рядом с ним. Считается, Сидор Гремин душа нараспашку. За человека в огонь и в воду. Вон даже Лешка Колонков, моторист, парень, по мнению ехэ-горхонцев, ужасно вреднющий, и тот ни на шаг от технорука. И теперь стоит рядом с Сидором Греминым, поглядывает с опаскою на Мартемьяна Колонкова — начальник-то не в себе…

— Понизовик, чтоб ему… — ворчит Мартемьян Колонков.

— Скоро спадет, — успокаивает Лешка.

— А? — усмехается Мартемьян Колонков, затем говорит: — Не стой, как пень. Иди к сплавщикам.

— Вы на меня не покрикивайте, товарищ начальник, — осторожно улыбается Лешка. — Я сам на кого хочешь…

Но потом он все же уходит, понурясь.

— Не стоит с начальником лесопункта связываться. Мало ли что?

А Мартемьян Колонков меж тем оборачивается к техноруку и, будто не он вовсе, с ласкою заглядывает в глаза Сидору Гремину:

— Устал?

У Гремина на душе потеплело.

— Устал, — сознается. И вздохнув, говорит: — Боюсь, как бы залом…

— Да, залом, — подхватывает Мартемьян Колонков. — Помнишь, в прошлый раз наворотило? — И уже о другом, сразу будто на одном дыхании: — Завтра с утра погоню сигары, как уговорились. А ты не забудь, сходи поищи. Возьми с собой кого хочешь.

— Ладно, — нехотя соглашается Сидор Гремин.

А река все шумит. Волны небольшие, но сильные — одна за другой, одна за другой накатываются на берег. И чудится Мартемьяну Колонкову, что это не волны-буруны, коими славна да утешлива Болян-река, а настоящие, байкальские, ростом в сажень, неторопливые, размеренные. «А что? Я — такой… — думает Мартемьян Колонков. — Люблю море. Поэтому и сигары решил сам перегнать. Но о том я один и знаю».

Увидел: хлыст развернуло по течению, остановило. За ним второй, третий…

— Эй, вы, не пяльте зенки! — кричит Мартемьян Колонков. — Ноги боитесь замочить?

Спешит к сплавщикам. Те, завидев начальника лесопункта, разом приободрились, дружно навалились на багры. Пошел лес. Пошел! Весело…

Улыбается Мартемьян Колонков. Любы ему сплавщики, верит, во всем леспромхозе не сыщешь таких. Односельчане… И сплавщики доверяют Мартемьяну Колонкову: свой в доску… И поработать, и на все прочее… Эх, горазд!

А ветра нет уже. Тихо. Только бревна друг о дружку трутся — шир-шир-шир…

8

Понизовик уже отгулял, когда Ерас Колонков подходил к сторожке, где обычно он коротал летние ночи. Пеганка, завидев лужайку сразу за сторожкою, заржала, прибавила шаг. Но Ерас Колонков оставил без внимания нетерпение пеганки, только и сказал: «Не дури…» Еще издали он заметил неладное у

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.