Библиотека

Ступени Нострадамуса стр. 190

Размер шрифта
-
+
Тема

из отпуска связан с возможной переброской нашего полка к швейцарской границе. Вы, вероятно, слышали по видео или читали в газетах о резкой ноте французского правительства швейцарскому, где его действия на границе названы недружелюбными, если не враждебными.

— Что это значит? Я выбросила всякие видеоэкраны после того, как изображение на них стало объемным и персонажи стали выходить с экранов и я оказалась в окружении всяких бандитов из излюбленных чернью боевиков. А газет я принципиально не читаю из–за грязных сплетен, которые там появляются. Если вашему полку придется пересечь швейцарскую границу, буду рада видеть вас в своем замке, где вместо видеоэкранов — прекрасные полотна великих мастеров и портретная галерея моих предков, которые смотрят на вас, не покидая рам. Когда–то там гостил в изгнании Вольтер. Я поставила его скульптуру.

— Мадам, я буду счастлив побывать у вас и приношу вам сердечную благодарность за приглашение. Но вот и Гавр, не изволите ли взглянуть в окно?

— Какой же это Гавр! — воскликнула графиня. — Вместо улиц каналы, и на них даже гондольеры. Это безобразие, я заказывала билет до Гавра, а вовсе не в Венецию.

— Мадам, монорельсовая компания здесь ни при чем. Это и есть залитый морем Гавр, а по улицам его плавают не гондольеры, а весельные шлюпки. Видимо, другого сообщения между затопленными домами нет.

— Это выглядит безобразно! Я возмущена.

— Не спорю. Но обратите внимание, как приспосабливаются люди к меняющейся обстановке. Они проложили на уровне вторых этажей деревянные плавающие тротуары и входят в дома через окна бельэтажа.

— Это тоже безобразно!

— Согласен с вами. Позвольте помочь вам выйти из вагона. Мы прибыли к платформе над бывшим железнодорожным вокзалом в Гавре.

— О, благодарю вас, виконт. Я буду вспоминать о нашем совместном путешествии. Дайте мне номер вашего полка, я попрошу о вас министра.

— Безмерно благодарен, — сказал офицер, передавая даме карточку. — Я помогу вам нанять лодочника, вернее, моторный катер. Он доставит вас по адресу вашего сына. Надеюсь, он живет не на первом этаже?

— На первых этажах ютятся люди не нашего круга, молодой человек.

— Ах да, конечно! Ведь он граф де Гранже!

Они вместе с сопровождающими их незримо Ильей и Наза Вецом спустились на залитую водой площадь, напоминавшую озеро, окруженное плотным кольцом домов с остроконечными крышами.

У деревянного причала при выходе с полузатопленного вокзального здания стояло много лодок и моторок.

Пассажиры торговались с гребцами, и те отчаливали от причала.

Офицер нанял графине комфортабельную лодку на воздушной подушке и помог ей перейти на палубу, где была даже каюта с мягкой мебелью. Илья и Наза Вец вошли туда.

Они видели, как молодой виконт здоровался с такими же, как он, офицерами и как они вместе сторговались с лодочником моторки, которая, очевидно, отвезет их в полк.

Фантомы присутствовали при встрече графини со своим семейством. Ее сын, статный француз с модной, видимо, бородкой, вышел к ней навстречу, рассчитав, когда она доберется сюда после прибытия монорельсового поезда, не встретив ее на вокзале, к неудовольствию графини.

— Неотложные дела, маман, связанные с нашим отъездом из Гавра, — оправдывался он. — Ведь я покидаю большое дело переправки грузов продовольствия для Франции, доставленного на судах из Австралии.

— Надеюсь, в Швейцарии ты будешь освобожден от этих забот, — ворчала графиня, опираясь на руку сына и входя в окно второго этажа.

Из другой комнаты вбежали радующиеся приезду бабушки дети, пяти, шести лет, мальчик и девочка, в сопровождении их матери, молодой аристократки с картинными чертами лица, на котором не отразилась радость по поводу прибытия надменной свекрови.

Тотчас же были вызваны грузовые моторные лодки для переправки багажа на монорельсовый вокзал.

Вскоре все семейство в сопровождении наблюдательных фантомов приплыло туда на лодке с каютой для богатых господ пассажиров.

Поезда монорельсового пути отправлялись в Париж и далее к швейцарской границе один за другим.

На высокой платформе толпилось множество народу: мужчины, женщины, старики и дети. Все с чемоданами или тюками, переходя от спокойной жизни горожан к печальному существованию беженцев на чужой земле.

Фантомы на этот раз, покинув аристократическое семейство, перешли в вагон с пассажирами меньшего достатка,

Места здесь были только сидячие, и в проходах теснились люди, как в переполненном пригородном поезде в былые времена.

Но сейчас багаж занимал немало места на полу, и людям приходилось стоять не просто между скамьями, а на своих или чужих тюках и чемоданах из–за невозможности ступить куда–нибудь, кроме них.

—

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.