Штурманы стр. 9
задело.
— А у меня вроде целый! — В полосе света появился Петренко. Лучи фонариков уперлись в него, забегали по парашюту.
— Да, целый! — обрадовался Владимир. — Поглядим парашюты командира и мой.
Скользнув лучом вниз, горестно выдохнул:
— Тоже негоден. А этот?.. Этот целый, целый, ребята!
Родионов снял свой парашют, кинул к борту самолета.
— Дай-ка мне целый!..
Передние замерзшие окна правого борта зарозовели дрожащим светом.
Басовито завыла над головами сирена. Командир звал к себе.
Все бросились в пилотскую кабину.
Владимир стоял в проходе за чьей-то спиной, слышал обрывки слов командира:
— Правый… невозможно… к прыжку!
— Есть приготовиться к прыжку!
— Командир! Нельзя прыгать! — закричали одновременно Владимир и Коля Петренко.
— Почему нельзя? В чем дело?
— Парашютов нет! Три распороло осколками — два остались на всех! — перебивая друг друга, торопливо отвечали штурман и радист.
— Фу, черт! Одно за другим…
«Гибнем! Гибнем! — стучало в голове Родионова. — Спасаться, пока не поздно! Каждую секунду могут взорваться бензобаки!» Он двинулся к выходу.
— Ты куда? Стой! — выстрелом прозвучала команда.
Кто-то схватил его за руку.
— Не могу стоять. Что-то тошнит, — хватаясь за живот, процедил Александр.
— А-а-а, к ведру захотелось?! А там рядом дверь и парашют на тебе! — презрительно крикнул Петренко. — Стой здесь! Держите его крепче!
— Всем стоять! — загремел командир. — Без команды не прыгать!
Облачность внезапно кончилась,
словно кто ее обрубил топором. Внизу показалась земля. Темная, пятнистая.
Желто-синее пламя горящего мотора слепило глаза, мешало наблюдению.
— Вот что, — сказал командир. — Прицепите по карабину к парашюту и прыгайте по двое.
— А вы?
— Я постараюсь посадить самолет.
— Митя! Скорей! — умоляюще твердил Александр, перецепляя парашют. — Да скорей же! Скорей!
— Не трясись, поэт! Наверно, линию фронта еще не перелетели…
— Привязывайтесь к нам, Иван Семенович, выпрыгнем вместе! — предложил Владимир.
— Нет! Троих он не выдержит. Да прыгайте скорей! Черт бы вас побрал!
— Отец! Я останусь! Ты прыгай! Я же умею пилотировать!..
— Ты что? Обалдел? Марш из самолета!
— Отец! Прошу! Я не выпрыгну без тебя! Что я скажу матери?!
— Марш из самолета! — с яростью закричал Иван Семенович. — Приказываю — прыгать! Ждете, чтобы я вас выкинул? Прыгайте! Прыгайте! Высота падает!..
— Прощай, отец! — Коля ткнулся лицом в щеку командира.
— Пошел вон! Не хорони раньше времени!
— Прощайте, Иван Семенович!
Полуобнявшись, грудь в грудь, штурман с радистом шли к двери. Что-то мокрое, теплое почувствовал Владимир на щеке, прижавшись к Коле.
— Не забудьте моих! — долетели слова.
Ухватившись правой рукой за кольцо парашюта, а левой за подвесную систему Петренко, Владимир, как ныряльщик, бросился головой вниз в темноту, увлекая за собой Колю.
Что-то упругое подхватило, закрутило, понесло. Засвистело в ушах. С силой рванул кольцо Владимир. Вихрь куда-то исчез. Оборвался рокот двигателя… Удар! И сразу тишина, тишина… Владимир открыл глаза, посмотрел вверх. Там покачивался, закрыв почти все небо, темный купол парашюта.
— Вон он! Вон! — оглушительно кричал прямо в ухо Коля, указывая рукой куда-то вверх и в сторону. — Тянет! Тянет!
Владимир увидел вдали багровый пульсирующий шар, медленно плывущий среди звезд, как огромная комета.
— Может, успеет посадить?! Должен посадить! Он же первоклассный летчик! — захлебывался в крике Коля.
Неожиданно шар раздулся, ослепительно вспыхнул и, осветив небо и землю, разогнал мрак ночи. Потом сжался и разлетелся на разноцветные осколки, которые падающими звездами исчезали за горизонтом. Долго еще в