Библиотека

Судные дни стр. 135

Размер шрифта
-
+
Тема

во дворе которого валялись мусорные мешки и росли сорняки. Его фамилия единственная виднелась под грязными плоскими звонками – возможно, только он и обитал в этом жалком домике, затерянном в южном Лондоне.

Окна первого этажа были наглухо занавешены изнутри. Популярный телережиссер девяностых и автор печально известных подделок переживал нелегкие дни. «Жалость-то какая». Почему, интересно, Макс нанял этого бессовестного шарлатана? Да потому, что не собирался выпускать фильм на экраны. Малькольм Гонал был дотошным, наглым, жадным, неразборчивым в средствах и сидел на мели. Он сделал бы что угодно, лишь бы вытащить на свет сенсационные мистические тайны неприятной секты и по-быстренькому сляпать из получившегося материала фильм, который отправился бы прямиком на DVD. Убийства, изнасилования, побои, содомия, надругательство над детьми, похищение людей: да у Гонала стояк случился бы от одного упоминания такой темы! Студия «Аллегра филмз» стала банкротом после иска о клевете со стороны англиканской церкви: Гонал утверждал, что ее священники регулярно проводят черные мессы. После этого его карьере на телевидении пришел конец.

«Восьмидесятые давно кончились, Макс». Кайл был оскорблен: он знал, что получил работу не первым, но оказаться вторым после Гонала! К тому же, раз уж Макс не планировал выпускать фильм на большой экран или на телевидение, Кайл не представлял, зачем ему нужна документалка

– для просмотра в своем безопасном мире чистого света в Мэрилебоне?

Отступив на шаг, Кайл обозрел выцветший кирпичный фасад. И увидел, что в самом большом окне верхнего этажа сдвинулась занавеска. Мелькнуло бледное одутловатое лицо и комната, освещенная настолько ярко, что свет должен был бить прямо в космос. Гонал был дома.

Кайл сбежал по ступенькам, встал на дорожке и поднял свой телефон, написав на экране «Нам нужно поговорить!». Занавески не двинулись. Кайл ждал и ждал, но ничего не изменилось. Потом закрыл глаза и тяжело вздохнул.

– Отвали! – каркнул хриплый голос из домофона.

Кайл вернулся к двери, кинул рюкзак на зеленоватый цемент крыльца:

– Мистер Гонал. Мне очень нужно поговорить с вами. Меня зовут Кайл Фриман. Я звоню вам целый день. Звучит глупо, но это вопрос жизни и смерти.

– Не моей. Пошел на хрен.

Дорога из Нью-Кросс до Вест-Хэмпстеда была очень долгой. У Кайла перед глазами встала алая пелена. Хватит! Он снова ткнул в кнопку:

– Может, и твоей. – «Жирный ублюдок». – Просто выслушай.

– Эй, ты, мелкая бездарная тварь, я сейчас спущусь, и домой ты поедешь на инвалидной коляске!

– Слышишь, Малькольм, как я ссу на твой коврик?

Крошечную колонку домофона едва не снесло со стены.

– Меня тут все знают! Слышишь! В курсе про Бешеного Стретэма?! Он тебя скоро найдет! Я знаю, где ты живешь! В Вест-Хэмпстеде! На гребаной Голдхерст Террас! Скоро тебе будет нечем ссать!

К сожалению, Кайл действительно слышал про Бешеного Стретэма. Отморозок из Ист-Энда, убивший и искалечивший несколько человек, имел привычку откусывать жертвам носы. Однажды его даже задержали на подпольном боксерском бое с ноздрей во рту. Он так хотел посмотреть следующий бой, что не стал полоскать рот. И при всем этом его ни разу не посадили. Как это вообще? В книжном магазине аэропорта Кайл видел портрет этого шрамированного громилы на обложках минимум двух документальных книг о преступниках, они стояли между томиками о футбольных хулиганах.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.