Священная охота стр. 59
никому противодействовать, не придется ради собственной чести разглашать опасные истины…»
Священное Семейство, какой властью, по мнению этой глупой девчонки, он обладает в Истхоме? Его самого не трогают из милости, благодаря ограждающей руке Хетвара. Ингри, конечно, придает этой руке определенную силу, да, но это же можно сказать о любом другом гвардейце хранителя печати; может быть, Хетвар и ценит те уникальные возможности, которые несет в себе сверхъестественный дар Ингри, но в сплетаемой хранителем печати политической сети Ингри — далеко не главная нить. Ингри никогда не был источником милостей, а потому сейчас ему не к кому было бы обратиться. Если у него и были возможности спасти или оправдать Йяду, они, несомненно, иссякнут, как только они минуют городские ворота.
Мысли Ингри становились все более мрачными, как он с отвращением отметил, но выхода он так и не мог придумать. В конце концов Ингри задремал. Сон не принес ему облегчения, однако это было все-таки лучше, чем продолжать беспокойно ворочаться на постели.
Ингри проснулся, когда осеннее солнце скрылось за крышами, и отправился в гостиницу Йяды, чтобы проводить девушку в храм на вечернюю молитву.
При виде его Йяда, подняв бровь, протянула:
— Что-то вы вдруг сделались благочестивы, — но, глянув на его страдальческое лицо, смягчилась и позволила снова отвести себя в храм.
Когда оба они преклонили колени перед алтарем Брата — залы Матери и Дочери снова были полны молящихся, — Ингри тихо произнес:
— Выслушайте меня. Я должен решить, едем ли мы завтра дальше или остаемся здесь еще надень. Вы не можете просто подставить шею палачу, не имея никакого плана, не попытавшись даже добросить до берега веревку — иначе эта веревка сделается той самой, на которой вас повесят, а меня сводит с ума мысль о том, что вас принесут в жертву, как принесли вашего леопарда. Как мне кажется, вам обоим этого должно было хватить.
— Ингри, подумайте как следует! — так же тихо ответила Йяда. — Даже если предположить, что мне удастся скрыться, куда мне идти? Родичи моей матери не станут меня прятать, а бедный мой отчим слишком слаб, чтобы бороться с высокородными противниками; кроме того, в его доме в первую очередь и станут меня искать. А иначе… Женщина, никому не известная, без сопровождающих — я сразу покажусь подозрительной, стану удобной добычей для любого злоумышленника. — Похоже, Йяда тоже обдумала положение.
Ингри сделал глубокий вдох.
— А если с вами поеду я?
Последовало долгое молчание. Искоса бросив взгляд на девушку, Ингри заметил, что она замерла, глядя перёд собой широко раскрытыми глазами.
— Вы готовы на такое? Изменить своему
долгу, своим товарищам по оружию?
Ингри стиснул зубы.
— Возможно.
— Но даже и в этом случае — куда мы направимся? Ваши родичи тоже, я думаю, нас не примут.
— Я ни при каких обстоятельствах не вернусь в Бирчгров. Нет. Нам придется вообще покинуть Вилд, перебраться через границу — может быть, в Альвианскую лигу или в Кантоны через северные горы. А может быть, в Дартаку. Я по крайней мере говорю и пишу на дартакане.
— А я нет. Я стану вашей бессловесной… кем? Обузой, служанкой, любовницей?
Ингри покраснел.
— Мы могли бы выдать вас за мою сестру. Готов поклясться, что буду обходиться с вами с