Святое дело стр. 627
все будет не так, как нужно. Когда он уходил из дому, Нина не возражала: он мешал ей благоустраивать квартиру.
Отпуск кончился, для Нины потянулись дни, полные одиночества и грусти. Рынок, магазин, обед занимали далеко не все время. Свободные часы, особенно послеобеденные, наводили молодую женщину на грустные размышления. Нина случайно узнала о вакантной должности преподавателя языка и литературы в вечерней школе Дома офицеров. Рассказала мужу, тот обиделся: «Что я, зарабатываю мало? И потом как же так: все свободные вечера ты будешь занята. Мы и без того мало бываем вместе».
Еще несколько раз пыталась заговорить о работе, но он стоял на своем. Размолвки стали перерастать в ссоры.
Стрельцов не придавал всему этому большого значения: «Успокоится, привыкнет». Сам он уже успел привыкнуть к тому, что Нина — та долгожданная Нина — теперь его жена, всегда рядом, всегда с ним. Они обедают за одним столом, живут в одной комнате. Конечно, живут они хорошо. Иначе и не может быть, ведь они любят друг друга. А в том, что в семье иногда бывают неприятности, нет ничего удивительного. У кого семейная жизнь началась без помех? Два взрослых человека поселились вместе. У каждого свой характер, привычки. Один должен уступить другому, подчинить свои интересы, перестроить свои привычки, изменить свой характер. Это задача жены. Кое в чем можно, разумеется, уступить. Захотела в кино — пожалуйста. Что он, запрещает, что ли… Но все-таки немного досадно.
Ужинать Стрельцов не стал, зажег настольную лампу, раскрыл книгу, достал коробку с волчком и принялся запускать его. Волчок, гудя и покачиваясь, быстро вращался на одном месте. Увлекшись, Стрельцов не расслышал стука в дверь.
Вошла Матильда Ивановна. Придерживая подол нового модного платья с замысловатыми волнистыми хвостами позади, она остановилась, пораженная необычайным занятием Стрельцова, но тут же понимающе улыбнулась.
— Я не помешала?
— Что? — Стрельцов поднял голову и остановил волчок. — Нет, как всегда.
— Ах, какая прелесть! — всплеснула руками. — Разрешите? Где вы достали такую изумительную игрушку?
— В военторге.
— Там еще есть?
— Наверное.
— Завтра же куплю Людмилочке. И как вы только не догадались купить две!
— Не знал, что вам нужно.
— Не знали! Умоляю: если вам попадутся еще хорошие игрушки, берите и на меня. А где Ниночка?
— В кино.
— Одна?!
— Нет, с Красновым. — «Скорее бы отделаться от тебя!» Но сделать это, он знал, было не так просто.
— Какой вы благородный! Мой Панюгин ни до чего не способен додуматься! Я вечно должна бегать на танцы одна-одинешенька!
Как-то в первом часу ночи долетел торопливый стук в соседнюю дверь и затем голос Панюгиной: «Открой, скоренько! Я замерзла!» Он вспомнил и улыбнулся:
— Ходите вдвоем.
— А с ребенком кто будет? — она выдержала паузу. — А почему вы дома, Сергей Васильевич? У вас ведь пока нет детей!
— Занят.
— Занят? — Она игриво подняла палец. — А я пришла к Ниночке показать новое платье. Мило, верно?
— Вы лучше ее спросите, — отмахнулся Стрельцов. — Она в этом больше меня понимает.
— Нет, меня интересует ваше мнение! — настойчиво напрашивалась на комплимент Матильда Ивановна.
— Ничего, неплохо подогнано. Впрочем, вот кого спросите! — Стрельцов увидел входившего Круглова и обрадовался ему: — Иван Павлович, хорошее платье?
— Во-первых, здравствуйте!
— Здравствуйте, доктор! — приблизилась Матильда Ивановна и закружилась, показывая обнову. — Нравится?
Иван Павлович озабоченно поправил очки.
— Постойте,