Та, которой не должно быть… стр. 158
вызывают, – бросив баулы на диван, ответил он. – Принеси мокрую салфетку, пыль нужно стереть.
Жанна бросилась на кухню, вернувшись с салфетками, застыла на месте. Володя перекидывал из встроенного шкафа ее вещи в баулы.
– Володя, стой! – воскликнула испуганная Жанна. – Куда нас вызывают?
– В прокуратуру.
– Куда-куда?! Но рабочий день заканчивается…
– То-то и оно! Собирайся. На всякий случай. Я боюсь – но это только мои предположения – нам готовят ловушку. Позвонил этот… пришибленный Петрич и просил срочно приехать, хочет кое-что выяснить. Поскольку я не верю нашему недобросовестному и неправедному правосудию, мы сделаем так: поеду к нему я один…
– Если считаешь, что меня он обвинит…
– Жанна! – впервые рявкнул Володя. Ей казалось, он не умеет повышать голоса, или стесняется, или скромный, кстати, он действительно по натуре человек скромный. – Вызов вечером сам по себе тревожит. Смотри… – достал он две сотовые трубки. – Если буду звонить с этой трубы, то все очень плохо, поняла?
– Вова! Ты пугаешь…
– Молчи и слушай. Как выясню, что к чему, сразу нажму на кнопку, не вынимая из кармана. Сигнал пойдет в любом случае, даже если меня засекут, но ты не отвечай. Тебе нужно в этом случае вынуть симку и батарею из своей трубки, чтоб тебя не засекли, где ты есть. И срочно уезжай, поняла? А с этого позвоню – значит, все в порядке, живем дальше. Ну? Сообразила? Вперед…
Он не частит, когда говорит, но сейчас побил бы рекорды говорунов – Жанна не могла осмыслить полностью сказанное. Впрочем, у нее голова, слава богу, не кадка с капустой, а вполне приличное приспособление для решения простых и сложных задач, так что, отняв у него стопку вещей, она в сердцах бросила их на диван:
– С таким же успехом тебя можно обвинить…
И на этот раз Володя не дал ей договорить до конца:
– Не только меня. Прошу, давай перестрахуемся. Для моего спокойствия, а?
– Почему бы нам вместе не сбежать?
– Нельзя. На нас устроят облаву в экстренном порядке, мы не успеем доехать до границы, а одна ты успеешь. Я потяну время, скажу… что-нибудь… придумаю. Не реви, все обойдется.
Он обнял ее, но всего лишь на секунду. Жанна обхватила шею Володи и не желала отрываться от него, ему пришлось с трудом разжать ее руки.
* * *– Он обвиняется, а не подозревается, – рычал в трубку Петрич, Виталий догадался, о ком шла речь. – В умышленном убийстве нескольких человек. Что вам тут не ясно?.. Никаких залогов, пусть привыкает, он сядет и надолго!.. Нет, Виталий, ты слышал?
– Я не слышал.
– Эти гребаные адвокаты грозят мне судом! Мне! Да видал я их в… Заварова требуют отпустить под залог, представляешь? П… конченые! Калеки! Он развлекался, видишь ли, убивая людей на дорогах, а сидеть не хочет. Откуда взялось это говно? Почему оно всем верховодит? Решило, что ему все можно? Если его отпустят, я сам удавлю эту тварь…
– Извините, Андрей Павлович, – заглянула секретарша. – Все в сборе.
– Запускай. – В кабинет вошли Александр и Володя, Петрич нахмурился. – Кира, ты что, считать не умеешь? Где – все? Здесь только половина.
– Я не дозвонилась Эдгару… – начала было та, ее прервал Петрич:
– Катись отсюда. Присаживайтесь, молодые люди. А где Жанна?
– В санатории, – не