Тайна тринадцати апостолов стр. 105
— Конечно. А что именно вас заинтересовало? Вы нашли что-то стоящее? Что-то интересное, что-то реальное, не связанное с той несуществующей церковью?
В ее голосе прозвучала насмешка, но Старыгин заметил в глазах Анджелы неподдельный интерес.
— Ну, пока еще рано об этом говорить… — уклончиво ответил Старыгин, стараясь не реагировать на ее ехидное замечание. — Пока это не более чем предположения. Покажите мне эти рисунки, а там посмотрим, есть ли смысл в моих догадках. Не хочу раньше времени загружать ими вашу прелестную головку…
Помог пошловатый комплимент, глаза Анджелы сердито блеснули.
«Если не нравлюсь, что же ты, голубушка, вокруг меня вьешься», — злорадно подумал Старыгин.
Как всякий мужчина, он очень обиделся, что его держат за олуха.
Анджела привела его на второй этаж музея, открыла большую комнату, где на многочисленных стеллажах хранились папки с рисунками и набросками.
Найдя нужную полку, она достала толстую картонную папку, положила на рабочий стол и открыла ее.
— Ну, вот то, о чем вы говорили!
Старыгин бережно перебрал рисунки в папке и вскоре нашел тот, который искал. Несомненно, это был эскиз стеклянной вывески. Даже буква «F» с маленькой короной была тщательно выведена на руке одного из персонажей. Не было только загадочной фразы Segui sangue. Следуй за кровью.
Анджела, которая стояла рядом с Дмитрием, увидела, что его заинтересовало, и наклонилась над рисунком.
— А ведь я знаю, кто здесь изображен! — проговорила она удивленно.
— Кто же?
— Это граф Фоскари… ну да, вот и буква «F», и графская корона у него на руке — на тот случай, если мы не заметим портретного сходства или усомнимся в нем.
— Граф Фоскари? — переспросил Старыгин. — А кто это такой?
— Венецианский патриций, современник адмирала Морозини, один из участников заговора Беллини. У нас в музее, кстати, есть его хороший портрет.
— Что, тоже кисти Тинторетто?
— Нет, к сожалению. Я проверяла авторство и однозначно отвергла Тинторетто. Не тот мазок, не тот колорит. Пока он числится в нашем каталоге как работа неизвестного венецианского художника шестнадцатого века.
— Интересно! — протянул Старыгин. — Пойдемте, взглянем на тот портрет.
Они покинули отдел графики и быстро пошли по коридорам музея.
По дороге Анджела покосилась на Старыгина и спросила:
— Теперь-то вы можете сказать мне, почему вас заинтересовал этот рисунок? Вы же не знали, что на нем изображен граф Фоскари? Или знали? Сознайтесь!
— Не знал, — честно признался Старыгин и рассказал Анджеле, что нашел вывеску, сделанную по этому рисунку, в старой мастерской на острове Мурано.
Не стал только говорить про надпись «Следуй за кровью». Ему не хотелось раскрывать перед ней все карты.
За разговором они вошли в зал, где висел портрет графа Фоскари.
Это был большой парадный портрет.
На графе были надеты сверкающие доспехи. Лицо его было значительным и властным. Старыгин отчетливо увидел его сходство с персонажем «Тайной вечери». И так же отчетливо понял, что Анджела права — этот портрет не принадлежал кисти Тинторетто, здесь была видна рука другого художника.
А еще он понял, что не только сам граф знаком ему.
Он узнал и то помещение, в котором он был изображен.
Эта была та же самая комната, в которой позировал на своем портрете адмирал Морозини.
— Вы это тоже заметили? — повернулся Дмитрий к Анджеле.
— Да, — проговорила
она уверенно, —