Тайна тринадцати апостолов стр. 111
Я поговорю с профессором Джильи, он позволит тебе пересдать… не волнуйся, тебе в твоем положении это вредно!
Девушка еще раз всхлипнула, вытерла глаза и нос бумажным платком и проговорила гнусавым после слез голосом:
— Спасибо, синьора Джулия! Вы мне как мать родная…
Девушка вышла, синьора Джулия обратилась к новым посетителям:
— Я чем-то могу вам помочь?
— Не нам! — ответил Старыгин взволнованным голосом. — Вы можете помочь Диане!
— Какой Диане? — Дама наморщила лоб. — Диане Манчини с философского факультета?
— Нет, римской богине Диане, той, что стоит возле лестницы! Какой-то студент с рыжими кудрями залез на нее и делает селфи. Я боюсь, как бы он не уронил статую!
— О боже! — вскрикнула синьора Джулия, вскакивая из-за стола. — Это Паоло Скорци! Вечно с ним проблемы! Славный мальчик, но совсем неуправляемый! Боюсь, как бы синьор Бенвенути не вызвал полицию! Тогда Паоло непременно отчислят, а его бедная мать этого просто не переживет! Синьоры, вы меня подождете? — И, не дождавшись ответа, синьора Джулия вылетела из кабинета.
Старыгин переглянулся с Ленской, и они подошли к камину.
— У нас мало времени! — напомнил Дмитрий Алексеевич.
— Вот здесь были последние капли крови. — Ленская показала на каминную доску, где были выбиты римские слова:
«Consultor homini tempus utilissimus».
— «Время — самый полезный советчик человеку…» — произнес Старыгин перевод этой фразы. — Только мне этот советчик, к сожалению, ничего не подсказывает…
— Все же насколько жизнь здесь отличается от нашей! — задумчиво проговорила Ленская. — Прошло пятьсот лет, а этот кабинет остался таким же, как во времена Тинторетто, и камин на прежнем месте, и даже с надписью ничего не случилось.
— Вы правы… — кивнул Старыгин. — Но сейчас — не самый лучший момент для философских рассуждений. У нас очень мало времени. Давайте думать, что хотел сказать художник, советуя нам следовать за кровью к этой надписи.
— «Время — самый надежный советчик…» — повторила Ленская. — Не знаю… мне ничего не приходит в голову.
Старыгин
внимательно разглядывал надпись на каминной полке. Потом он достал из кармана мобильный телефон, чтобы переснять ее и подумать о ней на досуге. При этом из его кармана выпал сложенный вчетверо листок.
— Что это? — спросила Ленская, поднимая листок с пола и разглаживая его.
— Список участников заговора Беллини, — машинально ответил Старыгин и протянул руку за листком.
И замер, уставившись на этот листок.
— Что вы там увидели — привидение? Тень отца Гамлета? — осведомилась Ленская.
— Нет, Александра Павловна, я заметил кое-что более интересное! И более полезное…
Он показал ей список.
Первым в этом списке, как и следовало ожидать, стояло имя главы заговора — Винченцо Беллини, а сразу вслед за ним было имя его секретаря — Манфреди Темпо.
— Ну и что? — В глазах Ленской было непонимание.
— А то, что Темпо по-итальянски — это время. А что сказано в этой надписи?
— Время — лучший советчик…
— Вот именно!
— Вы хотите сказать…
— Я хочу сказать, что нам нужно обратить внимание на этот список, на список участников заговора. За то время, что я нахожусь в Венеции, я нашел несколько картин, которые вели меня по следам того заговора. Я уже рассказал вам об этом коротко, чтобы не утомлять, но суть в том, что великий Тинторетто знал какую-то тайну и спрятал свое знание