Библиотека

Тайна тринадцати апостолов стр. 37

Размер шрифта
-
+
Тема

Все эти вопросы Дмитрий Алексеевич задавал себе на ходу, не получая ответов. Он прибавил шагу, чтобы покинуть это неприятное место, и вскоре переулок действительно закончился.

Старыгин оказался на краю очередного канала, причем здесь не было ни моста, ни набережной, по которой можно было бы пройти, — переулок просто обрывался в темную маслянистую воду. Чуть в стороне на этой воде покачивалась старая моторная лодка.

Старыгин ничуть не расстроился.

Он не сомневался, что в считаные минуты выйдет к каким-то знакомым местам, к людным, облюбованным туристами улицам между площадью Сан-Марко и мостом Риальто, а потому развернулся и пошел назад по тому же переулку.

Он прошел весь переулок от начала до конца, свернул на более широкую улицу. Кажется, именно здесь он разминулся с китайскими туристами…

Нет, все же не здесь — эта улица была такой же безлюдной и неприветливой, как прежний переулок. Не слышно ни шума толпы, ни голосов, ни музыки…

Ничуть не расстроившись, Старыгин прибавил шагу, прошел до следующего перекрестка и задумался.

В обе стороны уходили такие же мрачные и безлюдные улицы.

В это время справа раздались неровные шаги.

По улице навстречу Дмитрию Алексеевичу шла сгорбленная старушка, одетая во все черное, с черной же старомодной шляпкой на голове и черной сумкой в руках. Старушка

остановилась перед обшарпанной дверью, покрытой облезлой масляной краской неопределенного цвета.

— Синьора! — обратился к ней Старыгин по-итальянски. — Вы не подскажете мне, в какую сторону нужно идти, чтобы попасть на площадь Сан-Марко?

Старуха ничего не ответила, мрачно взглянула на Старыгина, достала из сумки большой кованый ключ, отперла дверь и удалилась, заперев дверь перед самым носом Дмитрия Алексеевича.

— А еще говорят, что итальянцы на редкость приветливы! — проворчал он.

Снова оставшись в одиночестве, Старыгин задумался.

Мрачная старуха появилась справа. Следовательно, там есть какие-то обитаемые места…

Он повернул направо и снова пошел вперед.

Улица, по которой он шел, была такой же мрачной, безлюдной и неприветливой, как прежняя. Вскоре она кончилась, уткнувшись в берег канала.

Да что же это такое! Откуда пришла та старуха, если здесь очередной тупик?

Старыгин начал беспокоиться. Он и так потерял уже много времени на бесплодные блуждания в каком-то унылом углу Венеции, а конца этим блужданиям не было видно.

Взяв себя в руки, он снова развернулся и пошел назад.

Скоро он снова пришел на перекресток, но он готов был поклясться, что перекресток этот был совсем не тот, от которого он ушел несколько минут назад. Другие стены, другие двери по сторонам — хотя так же наглухо запертые…

Вдруг над головой Дмитрия Алексеевича хлопнуло окно.

Он поднял голову и увидел в этом окне женское лицо.

Лицо это было, пожалуй, некрасиво, но необычно и выразительно, оно чем-то напоминало лики святых на старых византийских иконах. Это сходство усиливалось окружавшим лицо нимбом светло-бронзовых волос, а также прямоугольником окна, которое служило как бы рамой для женского лица.

Женщина в окне посмотрела на Старыгина и, ни слова не говоря, показала ему рукой налево. Дмитрий Алексеевич хотел что-то спросить у незнакомки, но не успел: окно захлопнулось с таким же звуком, с каким только что распахнулось.

Старыгин пожал плечами.

Странные люди живут в этом квартале…

Впрочем, налево так налево, тем более

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.