Библиотека

Тайна тринадцати апостолов стр. 38

Размер шрифта
-
+
Тема

что направо от этого перекрестка он только что прошел и уткнулся в тупик. Правда, перекресток, кажется, был вовсе не тот… но, в конце концов, он всегда может вернуться на исходную точку…

Впрочем, в последнем Дмитрий Алексеевич вовсе не был уверен: в последние полчаса ему никак не удавалось вернуться туда, откуда он вышел. Видимо, Венеция хотела доказать ему утверждение древнегреческого философа, что в одну реку нельзя войти дважды.

Ну, или в один канал, пользуясь местными терминами.

Старыгин пошел налево.

Эта улица ничем не отличалась от всех предыдущих: такая же узкая, такая же мрачная, такая же безлюдная, окруженная такими же сырыми, заплесневелыми стенами.

Улица сделала небольшой поворот, и впереди показался портал церкви.

Это было что-то новое, и это новое сулило надежду. Венецианские церкви облюбованы туристами, они нанесены на карту города, и возле церкви всегда можно сориентироваться. Ну, или спросить у кого-нибудь дорогу до нужных мест.

Старыгин приободрился и прибавил шагу.

Церковь приближалась и становилась все лучше видна.

Дмитрий Алексеевич невольно залюбовался ее строгим и в то же время удивительно гармоничным фасадом. В нем чувствовалось влияние готического стиля — но не было присущей готике сухости и математически выверенной симметрии. Церковь была слегка асимметрична, и это придавало ей какую-то теплую, живую красоту. Так иногда какая-то врожденная неправильность придает необычную привлекательность человеческому лицу.

Старыгин вспомнил основные принципы японской эстетики: саби-ваби, то есть практичность, и простоту, югэн и сибуй.

Многие в последнее время знают и ценят принципы простоты и практичности, часто вспоминают сибуй — присущую красивой вещи первозданность, некоторую грубость, проявление природных свойств материала. Гораздо реже говорят о принципе югэн — свойственной красоте легкой неправильности, асимметрии. Так, исходя из этого принципа, ваза на каминной полке никогда не должна стоять точно в центре, она непременно должна быть немного смещена в сторону…

Поймав себя на этих мыслях, Старыгин огорчился: он до того проникся своими профессиональными познаниями, что не может просто наслаждаться красотой картины, пейзажа или, в данном случае, церкви — он непременно должен анализировать эту красоту, подводить под нее какую-то теоретическую базу…

За этими мыслями Дмитрий Алексеевич подошел к церкви.

Возле нее не было ни души. Старыгин подергал дверь, но она была заперта. Правда, на стене рядом с этой дверью висела табличка, на которой было написано, что церковь Святого Деметрия открыта для посещений каждый день с девяти утра до шести вечера, но вход в нее сбоку, со стороны северного нефа.

Старыгин отметил, что эта церковь посвящена его святому, его небесному покровителю, и обошел вокруг церкви.

И правда, сбоку он

обнаружил небольшую дверь, вид которой не вселял большой надежды. Дверь была старая, дерево потемнело от времени, ручка, когда-то, надо полагать, бронзовая, теперь была буро-зеленой.

Старыгин оглянулся по сторонам. Вокруг не было ни души. Без надежды на успех он потянул дверь на себя.

Она подалась, и Дмитрий Алексеевич вошел в церковь.

Внутри эта церковь казалась больше и внушительнее, чем снаружи. Она была довольно просто отделана — потолок без росписей и резьбы поддерживали потемневшие от времени дубовые балки, строгие белые стены украшали несколько картин со сценами из жизни святого. В алтаре перед деревянным распятием стоял букет лилий, распространявших сильный сладковатый запах.

В

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.