Тайники партизанских троп стр. 122
спрашивали бригадира ребята, лёжа на своих нарах и натянув до самых ушей полушубки.
– Может, милиция шугает чужаков? – высказал предположение Евсейка.
– Вполне может быть, – согласился Матвей Прокопьич, а про себя подумал: «Или милиция по своей инициативе проводит операцию, или Никифор всё сделал так, как ему было сказано».
Отправляя обоз в районную заготконтору, Матвей Прокопьич наказал старику, чтобы тот по прибытии обоза в район сообщил в милицию о том, что в тайге скрываются подозрительные чужаки, скорее всего, какой-то беглый криминальный элемент. Словом, чтобы Никифор лично всё обсказал и указал предварительное местонахождение обнаруженной землянки…
А на следующий день случилось чудо. На выходе из тайги, ближе к пополудню, когда до деревни оставалось рукой подать, встретили съехавший с дороги в неглубокий овражек грузовой автомобиль ГАЗ-ММ.
– Смотри-ка, полуторка! – воскликнул Евсейка. – А возле неё, кажись, милиционер!
– Почём знать, что милиционер? – возразил один из ребят.
– Не видишь, что ли, в шинели?
– Кажись, вижу.
– То-то же, – обрадовался Евсейка. – Я прав оказался, дядя Матвей!
– Пойдём-ка расспросим, если, конечно, можно, – оживился Матвей Прокопьич. – Но вы, ребята, тут, в сторонке, меня подождите.
Дорога местами скользкая от припекающего солнца, местами вязкая. В потемневшем насте остаются талые отпечатки следов.
Матвей Прокопьич подошёл к грузовику и сразу узнал в милиционере того водителя, который привозил по осени к нему домой Малькова. Водитель тоже признал старого охотника.
– Торопились ехать. На дороге скользко. Занесло, – стал пояснять ситуацию водитель, в годах уже человек, с морщинистым лицом и седеющими усами. – По южному склону совсем раскисло, забуксовали. Отправил молодёжь в лес за какими-нибудь жердями. Благо топор всегда вожу с собой.
– Можно спросить, какими судьбами здесь? – поинтересовался Матвей Прокопьич.
– Ночью в лесу заваруха была, – сказал он при встрече. – Таёжную банду взяли по наводке одного деда. Случайно, не из ваших?
– Случайно из наших, – полушутя ответил Глушак.
– Так и знал. Милиция ведь в курсе, что в тайге промысловики на сезоне.
– Как удалось быстро вычислить этих?
– Один из наших сотрудников хорошо знает эти места, тоже из охотников.
– Из нашего села?
– Нет, он в райцентре живёт.
– Сколько же было этих басурманов? – поинтересовался Матвей Прокопьич.
– Трое.
– Всех и взяли?
– Ну, как взяли? Положили всех троих. Они убегать и не пытались. Потом выяснилось, что у одного в ноге была серьёзная ножевая рана. Они отстреливались. Два обреза у них было. Один винтовочный, другой гладкоствольный, – уточнил милиционер. – Так что пришлось бить на поражение. Такой имели приказ от начальника НКВД.
– От Кондратюка?
– Нет, другой теперь начальник. Ещё с Нового года. А Кондратюк на фронт ушёл. А я теперь в милиции, видишь, дед? – Водитель указал на милицейскую шинель и шапку со звёздочкой. Перевели. Так получилось.
– А тот, который приезжал в деревню?
– Сержант Мальков?
– Ну да. Если не секрет, конечно.
– Не секрет. Сидит он.
– Как сидит?
– Был арестован и получил срок.
– За что?
– Говорили, что за участие в заговоре. Оказался, мол, троцкистом, – понизив голос, сообщил водитель, оглянувшись по сторонам на одинокие деревья.
– Как так? Где сидит?
– Не знаю. Да и какая теперь разница?
– Как же так? Как же так?
– Ладно, дед, я и так много чего наговорил. Наши вон из лесу показались, чего-то нарубили. Ты нам, дед, подсобишь?
– Конечно, подсоблю, – пообещал Матвей Прокопьич,