Тайники партизанских троп стр. 120
двигались.
– Значит, не чохом брели по тайге, а целенаправленно по карте?
– Да, – кратко кивал головой Пахан, помня, что отвечать надо либо да, либо нет.
– Продуктов хватало?
– Быстро стали кончаться. К тому же по дороге начали сбегать, успевая прихватывать жратву.
– Имели оружие, почему же дичь не стреляли?
– Чтобы привлечь скорее внимание вертухаев? Костры и то поначалу не разводили…
– Логично, – согласился следователь.
– Насчёт золотых приисков не было разговоров у Тюнина? – вмешался в допрос Харин.
– Вроде поначалу он делал намёки.
– И что?
– Потом перестал.
– Почему?
– Людей у нас становилось всё меньше, а идти на штурм прииска – дело опасное. Тюнин сказал, что, мол, теперь, после нашего побега, эти прииски усилят свою охрану.
Харин переглянулся со следователем. Тот задал вопрос в лоб: – И мы тебе поверим, что урки просто так опустили руки, не соблазнившись на дармовое золотишко? С пустыми карманами шли на волю? Или надеялись, что ларьков и магазинов на всех хватит?
– Не знаю, кто на что надеялся.
– Ты теперь за себя отвечай, сам-то на что надеялся, когда решил дать дёру от остальных урок?
– До Большой земли почти что дошли, потому и дал дёру. Ещё понял, что Тюнин что-то замышляет.
– Что?
– Мне показалось, что он лыжи навострил уйти за кордон. Говорил, что надо идти на юг, к границе с Китаем.
– В Маньчжоу-Го?
– Да.
Следователь с Хариным снова переглянулись.
– Прямо так и сказал?
– Прямо не говорил, но намекал.
– Как его предложение восприняли остальные урки? Поддержали?
– Нет.
– Почему?
– Может, поддержали бы, если бы тайник не оказался пустым.
– Какой тайник?
– Забыл, как его? А-а, схрон. Потому что схрон оказался пустым.
– Что-о? – в голос воскликнули разом и следователь, и Харин.
– Какой ещё такой схрон? – с недоумением переспросил следователь.
– В нашей шараге оказался один фраер из бывших красноармейцев. Он и поведал Тюнину, до войны участвовал в закладке тайника с оружием, взрывчаткой, жратвой. Мол, делалось такое на всякий случай.
– На какой случай?
– Я не знаю, вам видней.
– Ладно, дальше давай, – поторопил следователь.
Отвечая на вопросы, Пахан переводил колючий взгляд со следователя на Харина, отмечая про себя, как реагирует рыжий начальник.
– Я же говорю, что он оказался пустым. Фраеру повезло, что его не зашибли сразу. Пожалели доходягу недорубленную.
– Какую доходягу? – переспросил с удивлением следователь.
– Этот придурок накануне побега пальцы на руке себе топором оттяпал?
– Зачем?
– Чтобы от работ на лесосеке отмазаться.
– Понятно. Ладно, отвлеклись мы. Что дальше было? Да, а как вышли точно на место схрона?
– Говорю же, карта была.
– И такое совпадение удачное? Интересно, откуда у этого Тюнина карта взялась? – Следователь глянул на Харина. Тот промолчал, по-прежнему всматриваясь в Пахана.
– Я тоже не понял, откуда у него карта, – продолжил тот.
– Ладно, поймаем – выясним, – успокоил сам себя следователь.
«Надо ещё поймать, – подумал Пахан. – Скорее всего, Марк Захарович давно тю-тю далеко от этих мест».
– Как расстались с Тюниным?
– Молча. Ночью я ушёл.
– Накануне были с ним разговоры?
– Нет. О чём говорить-то было? Не о чем говорить…
– Сколько дней в одиночку пробирался?
– Мало. Не больше двух.
– Что за история с этим? – спросил следователь, показав пальцем на своё левое ухо.
– Много чего довелось видеть, но такое, – растерянно заморгал глазами Пахан. – Я толком и